Читаем Крымская война 1853-1856 гг. полностью

Отправив войска в Крым, англичане и французы так и не смогли договориться между собой об едином командовании. В результате в Крыму у них оказались две отдельные армии, командующим которыми приходилось все время вести друг с другом переговоры относительно того, как должна действовать каждая из них. Нетрудно понять, сколько ненужных жертв стоил такой порядок английским и французским солдатам. Но тем не менее с начала и до самого конца «Крымской экспедиции» против русских сражались отдельно «Восточная армия Франции» и «Восточная армия Великобритании».

Французская армия, высаженная в Крыму, насчитывала 28 тысяч человек. Она состояла из четырех пехотных дивизий с силою в 9—11 батальонов (до 7 тысяч штыков) каждая. «То была, — писал впоследствии один из участников похода, — лучшая часть французских войск, самая надежная и опытная»[50]. Третья часть этой отборной армии (батальоны стрелков и зуавов) была вооружена нарезным оружием. В состав французской армии входила также турецкая дивизия (7 тысяч штыков).

Английская экспедиционная армия насчитывала 27 тысяч человек. Она состояла из легкой стрелковой дивизии (8 батальонов силою в 6 тысяч штыков) и четырех пехотных дивизий (по 6 батальонов общею силою в 4,5 тыс. штыков каждая). Кроме того, в состав английской армии входила также кавалерийская дивизия (4 полка общей силой в 1500 сабель). Для участия в экспедиции и здесь были отобраны лучшие части, вооруженные штуцерами.

Общая численность армии союзников превышала 62 тысячи человек[51]. 19 сентября, оставив несколько батальонов в Евпатории для прикрытия коммуникаций, эта армия двинулась к югу и вскоре натолкнулась на русские войска, преградившие ей дорогу на Севастополь.

Крымский театр военных действий.


Русская армия в Крыму развернулась для обороны за рекой Альма. Длительность высадки противника позволила Меншикову сосредоточить здесь почти все находившиеся в Крыму русские войска — 33 600 человек. Позиция русских на обрывистых высотах, прикрытых рекой, по условиям местности была очень выгодна для обороны. Если бы Меншиков к тому же основательно укрепил ее, то противник был бы заранее обречен на огромные потери в случае штурма.

Однако русский главнокомандующий, несмотря на то, что у него были и время и средства, пренебрег возможностью усиления позиции. Укреплены были только две батареи. Остальные орудия и вся пехота стояли совершенно открыто, на виду у противника. Русская армия была построена в «нормальный» боевой порядок из двух линий батальонных колонн с цепью застрельщиков в виноградниках на северном берегу Альмы и с резервом позади, — подобно тому, как строились войска в открытом поле.

Таким образом, большая часть русских полков оказалась скученной у подножья высот вблизи самого берега реки. Находившийся под угрозой обстрела со стороны англо-французского флота левый фланг русской позиции — крутой обрыв южного берега Альмы, — считался неприступным, и поэтому туда направили только один батальон, да и то не для прикрытия высот, а для наблюдения за морем на случай высадки десанта противника. Русские войска не получили ни диспозиции[52], ни каких-либо указаний относительно предстоящего сражения. Ни один полк не знал своей задачи в случае вражеского наступления. Все — от солдата до генерала — должны были ждать команд Меншикова и механически исполнять их, как это предписывалось николаевскими уставами.

Союзники начали наступление утром 20 сентября. Не сумев организовать разведку и не имея точных данных о величине сил своего противника, Сент-Арно и Раглан после долгих пререканий приняли решение оттеснить русских лобовым ударом по всему фронту, хотя это было связано для атакующих с бессмысленно тяжелыми потерями… Французы наступали справа такими же массивными колоннами, в которые были построены и русские войска, а англичане — слева, развернутыми шеренгами, согласно всем правилам линейной тактики. При этом французам пришлось несколько часов ждать англичан, медливших с выступлением.

Наконец, уже около полудня французский главнокомандующий двинул вперед по берегу моря правофланговую дивизию генерала Боске. Сент-Арно не рассчитывал взять штурмом откосы южного берега Альмы, казавшиеся совершенно неприступными. Этим маневром он преследовал лишь демонстративную цель, желая отвлечь внимание противника и облегчить тем самым наступление остальных своих дивизий. Но, выйдя к устью Альмы, Боске с удивлением увидел, что на высотах против него нет русских войск. Спеша использовать неожиданную удачу, французская дивизия взобралась на кручу и внезапно атаковала русский батальон, оставленный здесь для наблюдения за англо-французским флотом.

Перейти на страницу:

Все книги серии Научно-популярная серия

Григорий Николаевич Потанин. Жизнь и деятельность
Григорий Николаевич Потанин. Жизнь и деятельность

Для широкого круга читателей большой интерес представляет жизнь Г. Н. Потанина — выдающегося исследователя стран и народов Внутренней Азии, культурного деятеля, много способствовавшего просвещению Сибири до Великой Октябрьской революции.Григорий Николаевич Потанин организовал изучение быта и эпоса бурят и других сибирских народов, устраивал музеи и выставки, хлопотал об открытии новых отделов Географического общества, был в числе учредителей первых высших женских курсов в Томске и общества вспомоществования их учащимся; организовал в Томске Общество изучения Сибири и раздобыл ему средства для отправки экспедиции в Монголию по изучению русской торговли; принимал живое участие в сибирской передовой периодической печати. По окончании путешествий он занялся также обработкой собранных материалов по верованиям и сказаниям тюркских и монгольских народов и пришел к интересным выводам о связи между восточными и западными легендами относительно сына божьего, изложенным в нескольких трудах.

Владимир Афанасьевич Обручев

Биографии и Мемуары / Приключения / Путешествия и география / Документальное
Иван Грозный
Иван Грозный

Из текста: Если бы Иван IV умер в 1566 г., в момент своих величайших успехов на западном фронте, своего приготовления к окончательному завоеванию Ливонии, историческая память присвоила бы ему имя великого завоевателя, создателя крупнейшей в мире державы, подобного Александру Македонскому. Вина утраты покоренного им Прибалтийского края пала бы тогда на его преемников: ведь и Александра только преждевременная смерть избавила от прямой встречи с распадением созданной им империи. В случае такого раннего конца, на 36-м году жизни, Иван IV остался бы в исторической традиции окруженный славой замечательного реформатора, организатора военно-служилого класса, основателя административной централизации Московской державы. Ивану Грозному, однако, выпала на долю иная судьба, глубоко трагическая. Он прожил еще 18 лет, и это были годы тяжелых потерь, великих несчастий для страны.

Роберт Юрьевич Виппер

Историческая проза

Похожие книги

Записки из чемодана
Записки из чемодана

Иван Александрович Серов (1905–1990) — монументальная фигура нашей новейшей истории, один из руководителей НКВД-МВД СССР в 1941–1953 гг., первый председатель КГБ СССР в 1954–1958 гг., начальник ГРУ ГШ в 1958–1963 гг., генерал армии, Герой Советского Союза, едва ли не самый могущественный и информированный человек своего времени. Волею судеб он оказался вовлечен в важнейшие события 1940-1960-х годов, в прямом смысле являясь одним из их творцов.Между тем современные историки рисуют портрет Серова преимущественно мрачными, негативными красками. Его реальные заслуги и успехи почти неизвестны обществу, а в большинстве исследований он предстает узколобым палачом-сталинистом, способным лишь на жестокие расправы.Публикуемые сегодня дневники впервые раскрывают масштаб личности Ивана Серова. Издание снабжено комментариями и примечаниями известного публициста, депутата Госдумы, члена Центрального Совета Российского военно-исторического общества Александра Хинштейна.Уникальность книге добавляют неизвестные до сегодняшнего дня фотографии и документы из личного архива И. А. Серова.

Александр Евсеевич Хинштейн , Иван Александрович Серов

Детективы / Биографии и Мемуары / Военная история / Спецслужбы / Документальное
«Моссад» и другие спецслужбы Израиля
«Моссад» и другие спецслужбы Израиля

Хотя история израильских спецслужб насчитывает всего две трети века, они заслуженно считаются одними из самых эффективных и профессиональных в мире – едва ли не ежегодно средства массовой информации сообщают о ликвидации агентами «Моссада» очередного главаря террористов. Правда, всячески рекламируя собственные успехи, израильские «рыцари плаща и кинжала» предпочитают замалчивать неудачи и провалы. Эта энциклопедия восстанавливает подлинную историю побед и поражений легендарного «Моссада», впервые обнародовав подробности сотен тайных операций, диверсий и «точечных ликвидаций», проведенных израильскими спецслужбами с 1948 по 2010 г.Как в Израиль попал секретный хрущевский доклад «о разоблачении культа личности Сталина»? Почему «Моссад» предоставил ошибочные данные о военных планах Египта и Сирии накануне войны Судного дня, а военная разведка «Аман» проигнорировала более 200 сообщений о готовящейся атаке? Сколько советских агентов безнаказанно действовали на Земле Обетованной? Из-за чего половина руководителей израильских спецслужб вынуждена со скандалом уходить в отставку раньше срока? И почему, несмотря на все усилия, органы государственной безопасности Израиля не могут защитить собственных граждан от ракетных обстрелов и атак террористов?

Александр Север

Детективы / Военное дело / Военная история / История / Спецслужбы / Cпецслужбы
Элитный снайпер. Путешествие в один конец
Элитный снайпер. Путешествие в один конец

Место действия — Ирак, время действия — наши дни, действующие лица — снайперы элитных подразделений армии США. Задание — выявить и ликвидировать неприятельского снайпера. Эта захватывающая книга написана на основе подлинных деталей будней солдат спецназа США в Ираке. Никаких преувеличений, никакого пафоса, только суровая и неприглядная правда войны. Описанные в романе спецоперации происходили в действительности, каждый персонаж имеет реальный прототип. Военный корреспондент, неоднократно побывавший в горячих точках, Скотт Макьюэн не понаслышке знает героев своего произведения. Этот уникальный опыт позволил ему стать соавтором мемуаров самого прославленного снайпера в американской военной истории, знаменитого Криса Кайла, которого можно узнать в одном из героев романа под именем Гил.

Томас Колоньяр , Скотт Макьюэн

Детективы / Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / Cпецслужбы