Читаем Кто Вы, «Железный Феликс»? полностью

Во время работы съезда 28 декабря 1925 г. был созван Пленум ЦК для обсуждения вопроса о «новой оппозиции». В его работе активное участие принял Ф.Э. Дзержинский. На Пленуме лидеры «новой оппозиции» Г.Е. Зиновьев и Л.Б. Каменев выступили с предложением опубликовать их речи, произнесенные на XIV съезде ВКП (б). Дзержинский решительно выступил против этого предложения. Он заявил, что идеологически ошибочные и политически вредные речи оппозиционеров, прозвучавшие с трибуны съезда, не только нельзя издавать, но и решением съезда необходимо наложить запрет на все выступления представителей «новой оппозиции» перед коммунистами Ленинградской партийной организации, поскольку их фракционная работа все еще продолжается.

Разоблачая попытки Зиновьева дезавуировать решение съезда об оппозиции, Дзержинский отмечал: «Никакая партийная демократия не может быть направлена…против решений партийного съезда… Партийный устав и наша партийная демократия зиждется только исключительна на единстве партии… мы должны сохранить во что бы то ни стало единства нашей партии»{1683}.

На Пленуме ЦК ВКП (б) 1 января 1926 г. Дзержинский резко выступил против произвольного толкования оппозицией внутрипартийной демократии, против нарушений зиновьевцами партийной дисциплины и Устава партии. «Есть определенная линия, — говорил он, — ты должен выполнять эту линию. Ты можешь иметь свое мнение, но только в границах определенной линии, которая дана. В этом заключается наше большевистское единство. И только при таком единстве мы до сих пор побеждали, и только и таком единстве мы будем побеждать…»{1684}.

11 февраля 1926 г. ХХШ Чрезвычайная партийная конференция ВКП(б) Ленинграда отстранила зиновьевское руководств и избрало новый губком во главе с С.М. Кировым. На конференции с докладом о хозяйственном строительства СССР выступил Дзержинский. «Разрешение стоящих перед нами задач, — говорил он в заключительном слове, — требует величайших усилий. Этого мы сможем достигнуть лишь при стальном единстве. Поэтому мы должны вбить осиновый кол в попытки разбить стальное ленинское единство»{1685}.

На Апрельском (1926 г.) пленуме ЦК, обсуждавшем вопрос о хозяйственном положении в стране и хозяйственном строительстве, Л.Д.Троцкий. Л.Б. Каменев и Г.Е.Зиновьев выдвинули идею о «сверхиндустриализации» за счет безудержного выкачивания денежных средств из деревни, ограбление крестьян. О том, к каким пагубным для советского государства последствиям могло привести принятие этого предложения, в своей речи сказал Дзержинский: «В тех речах, с которыми здесь вступали Каменев и Троцкий, совершенно ясно и определенно нащупывалась почва для создания новой платформы, которая приближалась бы к замене не так давно выдвинутого лозунга «лицом к деревне» лозунгом «кулаком к деревне»{1686}. Он дал политическую оценку точки зрения оппозиции, заявив, что «этот совершенно ошибочный политический уклон может быть и для нашей промышленности, и для советской власти убийственным»{1687}.

Потерпев поражение на апрельском пленуме ЦК, лидеры «новой оппозиции» летом 1926 г. вступила в блок с троцкистами и остатками других оппозиционных групп. Они проводили конспиративные совещания, подпольные собрания и начали создавать нелегальную организации для борьбы внутри партии. Отмечая вред, наносимый партийному единству и советской власти действиями оппозиционеров, Дзержинский 11 июля 1926 г. в одной из записок на имя И.В. Сталина подчеркивал, что партийную дискуссию по-прежнему всячески пытаются использовать наши враги и в частности белополяки, Пилсудский «рассчитывает на наше партийное разложение…»{1688}.

На Июльском (1926 г.) Объединенном пленуме ЦК и ЦКК Дзержинский вновь выступил с обличительной речью против троцкистско-зиновьевского блока. Он обвинил их в применении методов демагогии и политиканства. Разоблачая политический вред оппозиции, Дзержинский отметил, что вся ее аргументация основана «не на фактических данных, а на желании во что бы то ни стало помешать той творческой работе, которую Политбюро и пленум ведут»{1689}.

20 июля 1926 г. в 12 часов дня, за три часа до кончины он произнес страстную речь, бичуя оппозицию. Это было последнее его выступление. Оно прозвучало призывом к сплоченности коммунистов.

Глава 15

Забота об обороноспособности республики и о ее вооруженных силах

«Дело Красной Армии — защищать социалистическое Отечество, наша дело — защищать армию от всего того, что может ослабить или замедлить ее удар, что может причинить ей вред и вызвать лишние жертвы{1690}»

Ф. Дзержинский


Перейти на страницу:

Все книги серии Секретные миссии (Аква-Терм)

Кто Вы, «Железный Феликс»?
Кто Вы, «Железный Феликс»?

Оценки личности и деятельности Феликса Дзержинского до сих пор вызывают много споров: от «рыцаря революции», «солдата великих боёв», «борца за народное дело» до «апостола террора», «кровожадного льва революции», «палача и душителя свободы».Он был одним из ярких представителей плеяды пламенных революционеров, «ленинской гвардии» — жесткий, принципиальный, бес— компромиссный и беспощадный к врагам социалистической революции.Как случилось, что Дзержинский, занимавший ключевые посты в правительстве Советской России, не имел даже аттестата об образовании?Как относился Железный Феликс к женщинам?Почему ревнитель революционной законности в дни «красного террора» единолично решал судьбы многих людей без суда и следствия, не испытывая при этом ни жалости, ни снисхождения к политическим противникам?Какова истинная причина скоропостижной кончины Феликса Дзержинского?Ответы на эти и многие другие вопросы читатель найдет в книге.

Александр Михайлович Плеханов

Биографии и Мемуары / История

Похожие книги

120 дней Содома
120 дней Содома

Донатьен-Альфонс-Франсуа де Сад (маркиз де Сад) принадлежит к писателям, называемым «проклятыми». Трагичны и достойны самостоятельных романов судьбы его произведений. Судьба самого известного произведения писателя «Сто двадцать дней Содома» была неизвестной. Ныне роман стоит в таком хрестоматийном ряду, как «Сатирикон», «Золотой осел», «Декамерон», «Опасные связи», «Тропик Рака», «Крылья»… Лишь, в год двухсотлетнего юбилея маркиза де Сада его творчество было признано национальным достоянием Франции, а лучшие его романы вышли в самой престижной французской серии «Библиотека Плеяды». Перед Вами – текст первого издания романа маркиза де Сада на русском языке, опубликованного без купюр.Перевод выполнен с издания: «Les cent vingt journees de Sodome». Oluvres ompletes du Marquis de Sade, tome premier. 1986, Paris. Pauvert.

Маркиз де Сад , Донасьен Альфонс Франсуа Де Сад

Биографии и Мемуары / Эротическая литература / Документальное
Адмирал Советского флота
Адмирал Советского флота

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.После окончания войны судьба Н.Г. Кузнецова складывалась непросто – резкий и принципиальный характер адмирала приводил к конфликтам с высшим руководством страны. В 1947 г. он даже был снят с должности и понижен в звании, но затем восстановлен приказом И.В. Сталина. Однако уже во времена правления Н. Хрущева несгибаемый адмирал был уволен в отставку с унизительной формулировкой «без права работать во флоте».В своей книге Н.Г. Кузнецов показывает события Великой Отечественной войны от первого ее дня до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное