Кто Вы, «Железный Феликс»?

Советскому государству не приходилось рассчитывать на помощь извне, более того, ведущие капиталистические страны и эмиграция надеялось на скорое свержение советской власти, которой удалось победить противника на фронте военном, но неспособной, по их мнению, одержать ее на фронте экономическом. Трудное положение народного хозяйства, переход к новой экономической политике, рост преступности привели к повышению роли органов безопасности в сфере хозяйственных отношений, оказанию ими всемерной помощи государственным и общественным организациям в решении задач народнохозяйственного возрождения и развития страны. А без экономического подъема, отмечал глава Советского правительства, не могло «быть и речи о сколько-нибудь серьезном повышении обороноспособности» и обеспечении безопасности Советской России^{1836}.

Немаловажное значение для чекистов имела и точка зрения члена ЦК РКП (б) Дзержинского, выступавшего против отделения политической борьбы от борьбы с хозяйственными преступлениями, считавшего, что «хищения, взяточничество, саботаж, распущенность — это проявление у нас той же борьбы против диктатуры пролетариата и этими проявлениями эта диктатура может быть убита побитой буржуазией…»^{1837}. Отсюда вполне понятно, почему работа органов ВЧК-ОГПУ в сфере экономики была неразрывно связана с политическими оценками и политикой правящей коммунистической партии.

За границей возникли «Финансово-торгово-промышленный союз», «Всероссийский союз торговли и промышленности», «Комитет представителей русских коммерческих банков» и др. В конце 1924 г. в Европе уже насчитывалось 16 союзов и обществ русских инженеров, связанных с антисоветскими элементами. Основная их цель — подрыв советской экономики. Произошло объединение верхушки буржуазной интеллигенции и деловых кругов. Известный русский промышленник П.П. Рябушинский прямо заявил: «Мы смотрим отсюда на наши фабрики, и они нас ждут, они нас зовут. И мы вернемся к ним, старые хозяева…».^{1838} Кадетские «Последние новости» писали, что торгово-промышленные круги поддержат всех тех, кто будет содействовать падению большевиков^{1839}. В.Д.Набоков прямо говорил, что «придает глубокое национальное, моральное и политическое значение верности принципу вооруженной борьбы». Созданному «Комитету возрождения хозяйственной жизни России» было поручено вступить в непосредственные контакты с представителями торгово— промышленной буржуазии»^{1840}. На опасность действий «спецов» указывал Ф.Э. Дзержинский: «…верхи наших служащих могут сыграть роль «песка, насыпанного» в коммунистическую машину. Иностранный капитал поднимет дирижерскую палочку, песок посыплется, и машина остановится»^{1841}.

К 1921 г. у политического руководства Советской России имелась ясная цель и решимость, опиравшаяся на волю большинства народа, добиваться претворения в жизнь революционных преобразований. А выход из сложного социально-политического кризиса был найден путем введения новой экономической политики.

Успехи и неудачи власти во многом зависели от политики по отношению к специалистам в области народного хозяйства, к хозяйственникам. Советского правительства в народном хозяйстве предполагала всемерное усиление позиций государства и постепенный отказ от частного предпринимательства. Курс на форсирование строительства социализма вел к созданию условий затратной экономики. Огромным перенапряжением советских людей в кратчайшие сроки возводились фабрики и заводы, но они не имели «запаса прочности». Частые аварии и поломки стали постоянным явлением. Усматривая главную причину в происках врагов внутри страны, власти пошли на принятие более жестких законов.

Догматическое понимание роли частной собственности, отрицательное отношение к частнохозяйственному капиталу политического руководства страны парализовало инициативу деловых кругов, а всемерная поддержка только государственных предприятий мало оставляли места для инициативы и творчества и вела к созданию административно-командной экономики. Но так как у государства не хватало своих кадров, оно исходило из того, что построение нового общества без привлечения и перевоспитания буржуазной интеллигенции «мысль ребяческая»^{1842}.

Еще не окончилась Гражданская война, но уже 3 февраля 1920 г. Дзержинский на открытии 4-й конференции губернских ЧК 3 февраля 1920 г. говорил, что «в настоящий момент центр тяжести переносится на экономическую жизнь… В этом вопросе опасность может быть в сто раз больше, чем опасность в тот момент, когда к Пулковским высотам подходил Юденич, а Деникин был севернее Тулы. На эту опасность следует обратить большое внимание».