Кто Вы, «Железный Феликс»?

Сразу после революции взяточничество не достигло такого размаха, каковым он стал в годы нэпа, но все же были дела и по этому виду преступления. Одним из первых дел, которые вел Дзержинский, было расследование сообщения, полученного от В.Д. Бонч-Бруевича о бывшем члене Следственной комиссии Алексеевском. Сторож у 2-го директора ресторана «Медведь» Барецкого подслушал разговор между Алексеевским и Барецким 19 декабря 1917 г. о том, что Алексеевский требовал у Барецкого 5 тысяч рублей за освобождение 1-го директора ресторана Леонарди, арестованного за покупку поддельной печати. 5 января 1918 г. дело Алексеевского было передано в Следственную комиссию Революционного Трибунала^{1920}.

17 января 1918 г. по делу Митина, обвиненного во взяточничестве, Дзержинский писал, что Модель на Следственной. комиссии в «Крестах» обращался к Митину несколько раз с предложением отдать его сестре бриллианты из сейфа Русско-Азиатского банка. 27 января 1918 г. он сделал дополнение по делу Митина: «Штельман говорит, что Митин брал взятки для освобождения арестованного и говорил отцу Штельмана, что можно освободить сына, но что это будет стоить денег»^{1921}.

Помимо этого Дзержинский поручил ОГПУ указать те меры, которые уже намечены. «Главное — это помнить, что транспорт не для себя существует, а для передвижения грузов и людей, а поэтому нужды пассажиров и грузоотпр. должны быть всегда у нас на первом месте и рассмотр. жалоб их и доступ их должны быть обеспечены»^{1922}.

6 декабря 1921 г. Дзержинский обратился к железнодорожникам, указав, что беженцы из голодного Поволжья застревают на узловых станциях и обрекаются на нечеловеческие мучения; рабочие организации, отправившиеся для покупки хлеба для голодных семейств, кочуют месяцами «за отсутствием подвижного состава»; продовольствие, идущее для спасения детей и женщин Поволжья, где-то блуждает или мрачно стоит на путях в ожидании «чего-то недостающего». «А за этим мрачным за[на]весом разыгрываются сцены бесстыдного, подлого подкупа и бесшабашного разгула продающих трудовую Россию, выбивающуюся из сил в тисках вражеского окружения, экономической разрухи и покрывают неслыханным позором славное имя железнодорожного пролетариата». Он предупредил: «Где бы негодяй ни сидел: в кабинете ли за зеленым столом или в сторожевой будке — он будет извлечен и предстанет перед судом Революционного трибунала, карающий молот которого опустится со всей сокрушительной мощью и гневом, на которые он способен, так как нет пощады смертельным врагам нашего возрождения. Никакие обстоятельства не будут учитываться при вынесении приговора взяточнику. Самая суровая кара ждет его. Вместе с тем Советская власть призывает всех честных граждан, в ком живо гнетущее сознание несмываемого позора и разлагающего влияния взяток, прийти на помощь для обнаружения и извлечения негодяев — взяточников. Будьте зорки и бдительны. Пролетарские руки не должны и не могут быть замараны взятками!»^{1923}.

25 января 1922 г. Дзержинским был подписан приказ «О борьбе с взяточничеством», который обязал центральные и местные органы ВЧК улучшить работу агентурного аппарата, для чего задания осведомителей и агентов «направить в сторону выяснения лиц, преимущественно крупных, берущих, дающих, посредничающих в деле взятки и знающих об этом, а также для выявления недочетов в учреждениях, способствующих волоките и взяточничеству» создать ударные группы для проведения операций»^{1924}.

По черновым заметкам Дзержинского 1922 г. можно составить представление об основных направлениях борьбы со взяточничеством и мерах пресечения этого преступления: определение взятки; уточнение и более четкая формулировка степени виновности дающего (в каких условиях, кто являлся инициатором), берущего и вымогающего; не усиление наказания от Кодекса, а не отклонение от 3–5 и высшей меры и проведение систематической, неослабевающей борьбы»; заключение приговоренных за взятку в Архангельском лагере; создание органа при НКЮ (НКЮ, НКВД и РКИ), наблюдающего за проведением системы наказания; создание органа изыскания мер борьбы со злоупотреблениями в хозяйственной жизни при СТО и изучение их (НКФ, Госплан, ГПУ, РКИ и председатель от СТО); создание ведомственных органов совместно с ГПУ и профсоюзом; партийные меры: исключение из партии зa взяточничество (дает-берет), хотя бы и в замаскированном виде, предание партсуду за сокрытие и непринятие мер и борьбы. Обязательство всех коммунистов сообщать в ГПУ (Дзержинскому) о всех известных им фактах взяточничестаа, хищений и мародерства^{1925}.

И все же основной упор в борьбе с взяточничеством был сделан на гласную и негласную помощь населения. В решениях Коллегии, в выступлениях Дзержинского постоянно подчеркивалось, что в борьбе с преступлениями в экономической области, также как и в других, важно опираться на помощь население, на наиболее сознательную его часть, «ЧК должна прежде всего связаться с рабочими массами», «поддержка тысяч рабочих нам особенно ценна»^{1926}.