Кто Вы, «Железный Феликс»?

28 октября 1925 г. Дзержинский поручил Манцеву принять меры по публикации в «Торгово-промышленной газете». Речь шла о спекуляции, в которой принимали участие и государственные органы: торги, тресты и Московское отделение ВТС, заводы и др. — «Необходимо сейчас же образовать нашу следственную комиссию по отношении к нашим органам для выяснения виновных и передачи суду. Комиссия должна быть образована по моему и ВСНХ РСФСР мотивированному приказу, который должен быть опубликован во всей прессе. Комиссию надо согласовать с ВСНХ СССР, привлечь из Эконупра ОГПУ. Председателем предлагаю т. Русанова. Комиссия должна получить материалы от Внуторга РСФСР и продолжить свое расследование на органы, которые не были подвергнуты обследованию. Эта комиссия попутно должна выявить дефекты нашей плановой практики. Торг[овая] же комиссия должна сама тоже изучить все, доставленные Внуторгом РСФСР материалы, и сделать необходимые выводы. Реализовать надо немедленно, ибо иначе моральная ответственность ляжет в обществ[енном] мнении и на нас»^{1915}.

7 ноября 1925 г. после публикации в одной из газет 6 ноября 1925 г. статьи «Пробел в законе» о борьбе со спекуляций на рынке Дзержинский поручил Манцеву для ликвидации этого пробела в законе «представить ГЭУ в Президиум проект закона для внесения в спешном порядке в высшие органы».^{1916}

Продолжая принимать меры по борьбе со спекуляцией на рынке, председатель ОГПУ 24 ноября 1925 г. просил Благонравова центр тяжести борьбы со спекуляцией перенести на органы, подчиненные ВСНХ (работая согласованно с В.Н. Манцевым) и кооперацию (согласовав меры с Центросоюзом и центральными органами сельскохозяйственной и кустарной коопераций), борьба со злоупотреблениями в частной торговли должна быть строго согласована с НКВнуторгом, в частности с А.Л. Шейнманом. — «Иначе я брать ответственность на ОГПУ опасаюсь. При могущих иметь место заминках с нашей валютой нас могут обвинить в том, что мы своим админист[ративным] воздействием вызываем и усугубляем их. Дело борьбы с частниками — это дело Внуторга. Я прошу Вас быть в этом отношении очень осторожным и обратить силы Эк. упр. на помощь ВСНХ очистить наши аппараты и помочь своей информацией нашим синдикатам и трестам следить за тем, что делается с их изделиями. Кроме того, прошу проверить, верно ли, что некоторые торговые органы и частники задерживают у себя товары, надеясь, что цены еще больше вздуются. Имеются ли такие у Вас сведения и факты?»^{1917}.

28 марта 1926 г. Дзержинский дал задание ЭКУ ОГПУ подготовить доклад в ЦК ВКП(б) о выработке мер по борьбе со спекуляцией. Он писал, что на почве товарного голода нэп, особенно в Москве принял характер ничем не прикрытой спекуляции, обогащения и наглости. Этот дух спекуляции уже перебросился в государственные и кооперативные учреждения и втягивает в себя все большее количество лиц вплоть до коммунистов. Этому надо положить конец. «Прошу Вас составить на эту тему доклад в ЦК нашей партии (включив в него данные по контрабанде от Кацнельсона), указав, как эти явления влияют на рабочих, зарплата которых не только сейчас не может быть повышена, но и понижается в связи с падением курса рубля». Вместе с тем он предложил разработать ряд мер, а именно: выселение из крупных городов и пригородов с семьями (точно разработать план с перечислением городов и районов с приложением географической карты); конфискация имущества и выселение из квартир; ссылка с семьями в отдаленные районы и в лагеря, колонизация ими безлюдных районов (разработать план и определить эти районы); издание и развитие законов против спекуляции; наказание судом и т. д. и т. п.; эти меры и предложения согласовать с МК ВКП (б) и с Катаняном»^{1918}.

Для дополнительной проработки законов Дзержинский просил М.А Дейча 2 июня 1926 г. разработать проект законодательного постановления для борьбы со служебными преступлениями и спекуляцией в торговле как государственной и кооперативной, так и для частников. Это постановление должно было предусмотреть наказание как по суду так и административные (в порядке предоставления прав исполкомам советов издавать обязательные постановления с установлением штрафов и высылки за нарушение правил торговли, за незаконные перепродажу и торговлю, за вздутие цен (даже без «злостности») и т. д. «Надо изучить наш кодекс, — писал он, — изучить методы спекулянтов и дать такие формулировки, чтобы наши суды могли вести борьбу и со спекуляцией и с теми, кто ее питает»^{1919}.

Одной из важнейших задач органов ВЧК-ОГПУ была борьба с взяточничеством Дзержинский считал взяточничество «вечным позорищем» России, а в начале 1920-х гг. «система откупа, лихоимства и взяточничества свила себе прочное гнездо» в хозяйственном организме и стала «нормальным» явлением: все можно купить и продать за определенную мзду. Спекулянты за взятку «вдоль и поперек и обволакивают молодую Советскую республику паучьей сетью». Бедствия, причиняемые этим злом государству, неисчислимы и кошмарны по своим последствиям».