Кто Вы, «Железный Феликс»?

Не известно, как поступил «всерссийский староста», получив это послание, но те факты, что жена ничего не знает о расстреле мужа, что она с детьми брошена на произвол судьбы, говорят о многом. Заметим, что за Ф.К. Миронова просил не кто иной, а М.В. Фрунзе. Он писал в ЦК РКП (б): «30/8 мною получено от арестованного бывшего командарма 2 Конной Миронова письмо с просьбой о его реабилитации. Ввиду исключительных заслуг Миронова, проявленных в борьбе с Врангелем, прошу Цека РКП о проявлении внимания к делу…»^{401}. Но Миронов был застрелен часовым во время прогулки.

По предложениям и распоряжениям председателя ВЧК-ОГПУ принимались меры к сокращению количества лиц, находившихся в тюрьмах и концлагерях, в том числе и «ввиду перегруженности» этих заведений. В 1921 г. при ряде губЧК работали тройки «для разгрузки мест заключения» и пересмотра всех дел подследственных «на предмет возможности замены меры пресечения»^{402}.

Эта работа велась на основании решения комиссии ВЧК от 13 января 1921 г. об изменении карательной политики в составе представителей ВЧК, Революционного трибунала и ВЦСПС. Под председательством Дзержинского был обсужден вопрос «Об изменении тюремной и карательной политики ВЧК и других судебных органов» и решено: образовать в Центре и на местах комиссии по пересмотру всех дел служащих пролетарского и крестьянского происхождения, и вовлечения рабочих в борьбу с преступностью; в состав центральной комиссии входят 4 представителя от: ВЦСПС (Куйбышев), ВЧК (Ягода) и 1 от Кассационного трибунала и РВТР (Анский) для разработки инструкции и положений о комиссиях; проект положения о комиссии, представленный Ягодой, принять за основу и поручить Саврасову доработать проект к следующему заседанию комиссии; комиссии создаются в центре при ВЦСПС, а на местах при губпрофсоюзах; они не имеют права непосредственного освобождения, а только представляют материал в судебные органы^{403}.

Руководство ОГПУ вынуждено было удовлетворять многие требования заключенных и иногда даже прибегало к досрочному освобождению. Но это касалось лишь тех лиц, которые были осуждены в судебном порядке на срок до трех лет; к осужденным же в административном порядке Особым совещанием при ОГПУ, в частности, находившимся в лагерях ОГПУ, подобная мера не применялась, потому что среди них было много людей, дела которых не могли рассматриваться в судебном порядке за недостаточностью улик. Чтобы исправить это положение, заместитель наркома юстиции и старший помощник прокурора Н.В. Крыленко обратился во ВЦИК с просьбой создать специальную комиссию, которая бы пересмотрела дела лиц, осужденных в административном порядке, и разгрузить лагеря. Такая комиссия была создана Президиумом ВЦИК 14 июля 1924 г. в составе двух представителей: от ОГПУ и прокуратуры НКЮ. На местах по постановлениям прокуроров систематически проводились проверки и осмотры мест заключения с целью немедленного освобождения из-под стражи всех «незаконно арестованных». Однако это пожелание Председателя ОГПУ не было выполнено и в 1925 г., о чем свидетельствует письмо председателя кассационной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Челышева после поступления обращений из различных районов страны. В нем говорилось о том, что по многим делам за контрреволюционные преступления, совершенные в 1921–1922 гг., а иногда и гораздо раньше, среди осужденных преобладают крестьяне-бедняки и середняки, рядовые участники выступлений минувших лет, приговоренные к большим срокам наказания в виде лишения свободы, что «в корне противоречит основам нашей карательной политики, которая имеет своей целью репрессии только по отношению к лицам, являющимся социально-опасными»^{404}.

Но среди подследственных и заключенных было немало таких, которые не подлежали освобождению. Так, 21 октября 1918 г. Петроградской ЧК был арестован Павел Александрович Aлександров, работавший при Временном правительстве следователем по особо важным делам. Он проводил следственные мероприятия в отношении видных большевиков, в том числе и В. И. Ленина по обвинению в шпионаже в пользу Германии после вынесения в июле 1917 г. Временным правительством постановления о их аресте. Петроградский комитет по топливу неоднократно обращался в Петроградскую ЧК с ходатайством об освобождении Александрова, лояльно относившегося к советской власти.

Дзержинский в категорической форме отказал в просьбе и 20 мая 1919 г. поручил ВЧК арестовать ходатаев за Aлександрова, б. следователем по особо важным делам^{405}.

12 марта 1925 г. Дзержинский поручил Герсону узнать, в чем заключаются обвинения против Браза — эксперта при Эрмитаже. По словам Екатерины Павловны Пешковой, это единственный эксперт лучше Бенуа. Он сидел под арестом уже 8 месяцев, за него хлопотали художники^{406}.

В тот же день Герсон сообщил Дзержинскому, что Браза «оценен только в Ленинграде». В освобождении Браза было отказано^{407}.

Дзержинский отказывал в освобождении и иностранцам, несмотря на заступничество видных представителей этих стран.