Кто Вы, «Железный Феликс»?

Контрольно-ревизионная комиссия при ВЧК была образована только в ноябре 1918 г. в составе представителей ЦК РКП (б), ВЦИК, МК РКП (б), НКВД и НКЮ. Она проверяла следственные дела, принимала жалобы от населения, проверяла работу местных органов ЧК. Контрольные комиссии были также созданы при местных ЧК. После образования в феврале 1919 г. Инструкторского отдела ВЧК контрольно-ревизионная комиссия при ВЧК была упразднена. Одновременно прекратили свое существование и местные контрольные комиссии.

Дзержинский принимал меры, если получал негативную информацию о работе чекистов. Так, в письме А.П. Горбунова в Центральное бюро партии народников-коммунистов от 30 сентября 1918 г. приводились факты злоупотреблений сотрудниками уездной Усольской ЧК и Соликамской губернской ЧК. Письмо было направлено в ВЧК. 25 ноября 1918 г. Иногородний отдел ВЧК обратился к Уральскому обкому РКП (б) с просьбой тщательно изучить дело и строго наказать виновных. 4 октября 1918 г, Дзержинский писал Фомину: «Надо принять самые энергичные меры против такого хулиганства и злоупотреблений в уездах. Надо это огласить в приказе по всем комиссиям»^{445}.

29 января 1920 г., в 21 час в Президиум ВЧК была получена телефонограмма от заместителя коменданта Рыболовьева о том, не встречается ли препятствий к освобождению Ф.А. Зубова, который числиться за Президумом. Он подлежал освобождению постановлением Коллегии МЧК еще 19 января. Поэтому 6 февраля 1920 г. Дзержинский распорядился «привлечь канцелярию МЧК к ответственности. Виновного посадить на 10 дней с исполнением обязанностей».

Секретарь МЧК Я.Л. Березин писал Ф. Э. Дзержинскому о том, что причиной не освобождения Зубова было отсутствие соответствующих распоряжений при передаче дел из ВЧК в МЧК. К ответственности за это будут привлечены сотрудники Бутырской тюрьмы^{446}.

В июне 1920 г. Дзержинский выехал на Украину для оказания помощи в работе органам советской власти. После ознакомления с работой украинских чекистов он направил несколько писем в ВЧК И.К. Ксенофонтову. 27 июня он сообщил, что «ТО ВЧК слишком серьезные задачи имеет, чтобы о нем заботиться больше и людьми и материальными средствами, обеспечив и средствами передвижения, связи и довольствия. Вся к-р идет по железным дорогам, по ним и вся спекуляция. Затем, что еще важнее, ТО ВЧК должен быть более самостоятелен, чем до сих пор по самой природе своей работы ж[елезные] дороги и пути сообщения централизованы и экстерриториальны, а потому и борьба на них должна быть централизована одним руководством. Орган руководства должен быть достаточно авторитетен и силен. А потому надо ему представить больше самостоятельности, сохраняя за президиумом ВЧК только общее руководство. Вся организационная текущая работы и вся текущая борьба должна быть в руках только ТО. Для поднятия авторитетности начальник ТО должен быть членом Коллегии ВЧК*

После возвращения я думаю в ЦК поставить вопрос о смене и обновлении Коллегии… Я пишу в ЦК, чтобы дали нам людей. В ТО ВЧК надо ответственных людей посылать в первую очередь и обеспечить их работников материально»^{447}.

Председатель ВЧК-ОГПУ старался лично разобраться в случаях неправомерности применения чекистами крайних мер. 9 февраля 1922 г. он поручил Л.П. Серебрякову срочно выяснить обоснованность сообщений НКИД «о расстрелах на 86 версте в Забайкалье добровольно перешедших к нам солдат ген. Смолина. Слухами об этом неисполнении нами обещаний амнистии пользуется Старк.

Необходимо разоблачить в печати лицемерие и ложь адмирала. Результаты расследования телеграфируйте».^{448}

На совещании полномочных представителей ГПУ 6 мая 1922 г. под руководством Дзержинского был обсужден вопрос «О направлении дальнейшей работы ГПУ». Принятым постановлением ПП ГПУ были обязаны совместно с Секретно-Оперативным управлением разработать план проверки работы с осведомителями. «Обязать всех Полномочных Представителей объехать находящиеся на их территории губотделы для проверки соблюдения инструкции о революционной законности, наложения мер взыскания на виновных и последующего доклада ГПУ…».^{449}

28 сентября 1922 г. Дзержинский поручил Ягоде «назначить комиссию для обревизования в срочном порядке расходования денежных и пайковых средств за этот год и распределения их по губотделам. До назначения такой ревизии прошу потребовать для меня все сведения от т. Берензона в 3 дневный срок с указанием существующего у нас порядка распределения кредитов»^{450}.

В записке Сталину от 17 октября 1922 г. Дзержинский заявил, что совершенно не возражает «против постановки в Политбюро вопроса о работе ГПУ согласно предложения т. Троцкого». Он только просил поставить его «на следующей неделе, так как я и т. Ягода завтра уезжаем в отпуск, а т. Уншлихт возвращается только в эту субботу или воскресение. Моя просьба вызвать при рассмотрении этого вопроса в Политбюро т. Уншлихта»^{451}.