Кутузов – мастер военной стратегии

К примеру, отправляет Екатерина Великая Кутузова послом в Турцию. И это почти сразу после войны, когда турки едва смирились с поражением! Кутузов должен был наладить между державами дружественные отношения. А заодно поработать разведчиком, разузнать турецкие тайны – не затевает ли султан опять чего-нибудь против России? Вдобавок государыня поручила Кутузову рассорить Турцию с Францией, чтобы они не составили новый военный союз. Со всеми заданиями Михаил Илларионович блестяще справился. Да ещё посмеивался в письмах к жене: «С султаном я в дружбе, и он при всяком случае отпускает мне похвалы». А ведь никому другому из русских послов султан таких любезностей не делал.

Или вот другое назначение. Кутузова, старого вояку, поставили директором Сухопутного шляхетского корпуса. Это учебное заведение для дворянских детей готовило будущих офицеров, чиновников высшего ранга – в общем, полезных для Отечества людей.

При первой встрече с воспитанниками корпуса новый директор показался им грозным. Они во все глаза смотрели на знаменитого героя: голубой плащ, на мундире три орденские звезды, шрамы на лице.

– Господа кадеты, я буду обходиться с вами не как с детьми, а как с солдатами, – ошеломил их Кутузов. – Нерадивым и ленивым дам срок на исправление, а ежели и тогда не исправятся, буду наказывать.

Но всё-таки кадеты полюбили его. Воспитателем и учителем Михаил Илларионович оказался не только строгим – ещё и очень добрым, заботливым. К примеру, однажды на свои деньги он заказал сшить обмундирование тем выпускникам, у которых не было на это своих средств. Мундиры им вручили от имени родных. Вместе с офицерским чином эти юноши получили и такой тайный подарок от Кутузова. Прощаясь с выпускниками, генерал сказал:

– Вы сердились на меня за мои слова, что я буду обходиться с вами как с солдатами. Но знаете ли вы, что такое солдат? Я получил чины, ордена и раны. Однако лучшею наградою считаю то, когда обо мне говорят: он настоящий русский солдат.

А ещё Кутузова не раз назначали военным губернатором. Литовским, петербургским, киевским. Но всё-таки его главным делом было водить полки на войне. Над Европой и Россией в те годы нависла новая большая угроза…

<p>Без вины виноватый</p>

В Европе восходила кровавая звезда великого завоевателя – Наполеона Бонапарта. Его вознесла на вершину власти революция во Франции, знаменитая своими злодеяниями. Наполеон занял французский трон, пустовавший после того, как революционеры казнили короля. Бонапарт надел на свою голову императорскую корону, но быть повелителем одной Франции ему казалось мало. Он мечтал покорить мир и для этого создал лучшую в Европе армию.

Наполеон был превосходный полководец. Правители других стран опасались его, составляли против Франции военные союзы. В 1805 году союз заключили австрийский император и русский царь Александр Первый. На соединение с австрийской армией в Европу поспешил Кутузов с войском. Но, увы, он не успел. Наполеон стремительным маршем настиг австрийцев и заставил их сдаться. Русский 50-тысячный корпус остался один против 180 тысяч французов. Нужно было отступать! Французы – это не турки, которых можно громить малым числом.

И Кутузов стал отступать. Но как! Такое отступление по искусству полководца и геройству войск может сравниться с крупной, успешной боевой операцией. Тогда-то, наверное, Наполеон и прозвал Кутузова «старым лисом». Русские ловко выскользнули у него из рук! Это было как игра в догонялки: французы наступали на хвост русским, а те применяли военные хитрости и охлаждали пыл преследователей в арьергардных боях[4]. В последнем из этих боёв прославился генерал Багратион. Пока основные наши силы отходили, он со своими молодцами полдня сдерживал натиск сразу нескольких наполеоновских маршалов. Французов там было в шесть раз больше, чем русских!

Но вот кончилось отступление. Австрийский и русский императоры собрали все свои силы и решили дать Наполеону генеральное сражение. Особенно молодой Александр, внук Екатерины Великой, горел желанием побить французов. Поэтому он не слушал Кутузова. А Кутузов был против. Генерал понимал: у союзных войск не хватит сил, чтобы одолеть Бонапарта. И предлагал… вновь отступать. Заманивать врага дальше, изматывать его походами, зимними стужами. На военном совете Кутузов сказал:

– Чем далее завлечём Наполеона, тем он будет слабее, отдалится от своих резервов, и там, в Галиции, в глубине Австрии, я погребу кости французов.

Над ним стали насмехаться, подозревать в трусости. С одного такого насмешника-генерала Кутузов сбил спесь:

– Что ты улыбаешься, молодой человек! Не думаешь ли, что трусость удерживает меня от сражения? Мои годы и мои раны говорят за меня.

Александр тоже пренебрежительно отнёсся к полководцу:

– Видно, это не бегущих турок поражать, и здесь ваше мужество притупляется.

– Государь, – почтительно произнёс Кутузов, – извольте командовать войсками лично. А что я не трус, вы сами увидите. Но я буду сражаться как солдат, а как генерал отказываюсь.