Квартирник у Маргулиса. Истории из мира музыки, которые нас изменили

– Ну, в принципе, нормальный вопрос.

О. М.: Вот: «Олег, хотите, я рожу вам девочку? Только соглашайтесь быстрее, срок истекает. С любовью». Вот потом в этом же городе через несколько лет была записка: «Несмотря на то что вы отказались от встречи со мной, девочку я вам все-таки родила». «Олег, нравится все, а больше всего вы. Глядя на вас, не чувствую свои 64 года. Как вы похожи на моего второго покойного мужа, даже песни ваши похожи, хоть он и играл на гармошке. Спойте, пожалуйста, песню «Ой, калина, ой, малина»». Но вот такая, например: «Олег, огромное спасибо, вы открыли мне глаза на мир, в этом зале я увидел свою жену с любовником. Виктор».

– Поэтому оставляем в зале свет.

О. М.: Или, например, в Вологде мне пришла записка: «Год назад на концерте мы просили вас написать песню о нашем городе, на что вы ответили, мол, нужны яркие впечатления. Так вот, я согласна».

(Песня «Лето – это маленькая жизнь».)

– Есть масса удивительных мест, куда нас заносит. Я прочитал, что ты был даже в ЮАР и записал там пластинку. Что там, наши есть?

О. М.: Я могу рассказать по порядку. Мы выступали в Германии, десять концертов по югу в Германии. Мы уже приехали такие, и этот хер Краузе, который организатор, хер Краузе говорит: «Не получилось ничего, не будет концертов. Извините, ребята, все». И я что – десять дней в Германии, мы пошли на улицу, достали кофры, открыли, и давай там «Ой, мороз, мороз». Я там на немецком рассказывал перед этим, про что песня: «На улице очень холодно, один мужчина едет домой, на коне, сейчас он приедет и обнимет жену, напоит коня, и все будет… (смеется)».

И тут как-то мы выступали, подошел один человек, положил сразу 50 марок. Мы внимательно к нему прислушались, он сказал: «А я вечером буду здесь петь песни Окуджавы, на ломаном русском. Может, вы мне как-то подскажете что-то, послушаете». Мы пришли, выпили пива, послушали, навели критику, и он говорит: «Вы не хотите поехать в Южную Африку?» Да мы мечтали с детства, вот куда-куда, а уж в Южную-то Африку! А он, оказывается, жил там, и уже в феврале месяце в Южной Африке жара, мы репетировали клип на песню «За полярным кругом снег». Это невероятно! Когда мы туда поехали, посмотрели, что там должно быть 60 000 русских. Ни одного вообще. В национальном театре в Притории концерт, сидит полный зал южноафриканцев, одна женщина из Униса, полька, с корявого нашего английского переводит на африканский, и они записали этот концерт.

И когда уже второй раз мы приехали в Южную Африку, они уже напечатали диск, и мы этот диск везде презентовали. Это, конечно, невероятное событие. Когда мы там шлялись и попали в Музей англо-бурской войны, мне довелось увидеть письмо одного мальчика из города Тобольска, который тогда, в 1904 году, написал просьбу в правительство России, чтобы его за казенный счет отправили защищать бедных буров от англичан. Письмо осталось без ответа, а песня получилась вот такая – «Чужая война».

(Песня «Чужая война».)

– А почему ты не пользуешься айпадом с текстами?

О. М.: Мы люди старой формации. Мне очень нравится этот анекдот, когда отец сидит на кухне, играет в компьютерные игры и сзади на кухню заходит сын. И отец, не отвлекаясь от компьютера, говорит: «Ну и где мы были?» И сын говорит: «В армии, пап».

– Подожди, а ты эсэмэски писать умеешь?

О. М.: Нет. Одно время даже объявил такой ультиматум: пока в компьютере не будет две кнопки, я не буду им пользоваться. Там много всяких вот. А сейчас некуда деваться, конечно, я там что-то нажимаю иногда.

– Но тебе, как народному, все-таки должны были сделать компьютер с двумя кнопками, ну с четырьмя, бог с ним.

О. М.: Это не прибавит воспоминаний. Хотя, вот знаете, есть такой сайт, «Гольфстрим». Они выложили фотографии до моего рождения в городе Челябинске, нашего района, и после. И я просто наслаждался вот этим так, ушел туда. Вот за это стоит любить компьютер.

– Но вообще удивительно, что единственное место в России, куда все-таки прилетел метеорит, – это Челябинск.

О. М.: Ну а куда еще-то?

– Вот в том-то и дело

О. М.: Ну а куда еще? С другой стороны, знаете, у нас родились такие великие люди, как Александр Градский, Лидия Скублик, Анатолий Карпов, Сергей Макаров, Юрий Гальцев, и космонавты, и герои России. 120 человек мы наградили статуэткой Эрнста Неизвестного, у которого мама с папой тоже родились в Челябинской области. Ничем, кроме как радиацией, я этого объяснить не могу.

– Ты забыл, знаешь кого? Ты забыл «Ариэль».

О. М.: Да кого я только не забыл.

– «Ариэль» – самый старый коллектив.

О. М.: И еще 114 человек не назвал. Вот знаете, тот человек, который посадил самолет в тайге – это наш человек. И у него дипломная работа была в летном училище «Посадка самолета пассажирского такой-то марки на неподготовленную полосу в таких-то условиях». И он вот как по написанному – как защитил, так и посадил.