Леонид Брежнев. Опыт политической биографии

Он настолько образно и ярко характеризует отношение Брежнева к «наградному» стимулированию, и не только военных, что имеет смысл привести цитату целиком: «Думаю, что [имеет место] неплохая практика, которая, на мой взгляд, начинает внедряться и укрепляться в практике нашей работы. Это награждение и рядовых, и офицерского состава за успехи в практической деятельности, так как мы воевать не собираемся, и, может быть, слава Богу, добьемся, чтобы ее [войны] на ближайшее будущее не будет, то нет повода военнослужащим получить орден – рабочий может, колхозник может получить, ученый может получить орден. Учреждение какое-то получает. Смотришь, и Мане и Тане какой-то “Знак Почета” попадает, а армия? Поэтому на награждение я охотно иду за подвиги в воздухе, за всякого рода заслуживающие внимание плавания – подводные, надводные, за помощь народному хозяйству во время уборки урожая, за отличную организацию учебы как летней, так и зимней. Я вижу, что вот недавно я подписал [представление] тоже что-то [на] 900 или сколько там человек ([А.А.] Гречко – 2 тысячи 200 человек). Я уже не смотрел число. Потому что посмотришь и испугаешься. Говорят, что заслуживают. Подписал. Я думаю, что это хорошая практика. Лишнего, конечно, не надо делать. Но то, что идет на пользу. То будут награждаться действительно люди, такие, какие могут служить примером соседу и рядом работающему товарищу, партия не пожалеет не только знака, но и любого ордена. Стимул моральный должен относиться не только к рабочим, служащим, интеллигентам, но в полной мере должен относиться и к армии. Это, наверное, будет правильно»[765].

Летом 1972 г. Брежнев зафиксировал в своем «дневнике»: «26 июля. Вечер – встретился с Н[иколаем] В[икторовичем Подгорным] <…> Посоветовались о юбилейных медалях и новых орденах»[766]. В итоге уже 3 августа 1972 г. Политбюро приняло решение об учреждении ордена «Дружбы народов»[767]. 2 ноября 1972 г. Н.В. Подгорный выступил на Политбюро с сообщением о новых орденах и медалях, после чего 23 ноября 1972 г. Президиуму Верховного Совета СССР было поручено подготовить предложение об учреждении ордена «Трудовой Славы» трех степеней. Указы об учреждении ордена «Трудовой Славы» и медали «Ветеран труда» были приняты 18 января 1974 г.[768] Последними, при поддержке Брежнева, в октябре 1974 г. были учреждены орден «За службу Родине в Вооруженных силах СССР» трех степеней и медаль «За отличие в воинской службе» двух степеней.

Из выступления Л.И. Брежнева на совещании руководящего состава Вооруженных сил СССР

25 апреля 1972

[РГАНИ. Ф. 80. Оп. 1. Д. 261. Л. 22]

Награждения партийно-государственных элит

Не скупясь на награды для рабочих и колхозников, генсек, как primus inter pares, конечно же, никогда не забывал и о своей личной гвардии, о людях, которые являлись его главной опорой, – о руководителях партии и государства, в первую очередь секретарях обкомов и крайкомов КПСС. Так, в преддверии ноябрьских торжеств 1973 г. Брежнев обратился с личным письмом к М.А. Суслову, в котором изложил свои предложения о награждении орденами Октябрьской Революции, Ленина и присвоении звания Героев Социалистического Труда первым секретарям обкомов РСФСР, Украины и Казахстана, а также секретарям республиканских ЦК «в связи с их огромной работой, проведенной в текущем году по выполнению решений ЦК КПСС о подъеме сельского хозяйства и промышленности».

При этом речь шла о награждении «первой очереди товарищей». В перечень из примерно 35 фамилий, лично названных Брежневым, в том числе попали секретарь Краснодарского крайкома С.Ф. Медунов, Ставропольского обкома М.С. Горбачев[769], а также В.В. Щербицкий, Д.А. Кунаев и М.С. Соломенцев. Секретарям обкомов КПСС Целиноградской, Кокчетавской и Северо-Казахстанской областей Брежнев рекомендовал «как минимум (sic!) присвоить также звание Героя Социалистического Труда»[770].

Записка Л.И. Брежнева члену Политбюро М.А. Суслову о награждении партийно-советских деятелей

Не позднее 5 сентября 1973

[РГАНИ. Ф. 80. Оп. 1. Д. 317. Л. 38]

Записка К.У. Черненко Л.И. Брежневу об «именинниках»

14 февраля 1975

[РГАНИ. Ф. 80. Оп. 1. Д. 328. Л. 44, Л. 55. Резолюция Л.И. Брежнева]