Леонид Брежнев. Опыт политической биографии

Тем не менее брежневская «автомобильная революция» привела к появлению небольшой группы населения, которая рассматривала автомобиль не только как «средство передвижения» от дома до работы или дачи, пусть даже местом работы был Московский Кремль, а дача располагалась в Заречье. 30 января 1973 г. появилось постановление Секретариата ЦК КПСС № 69 «О порядке выездов советских граждан в социалистические страны по частным делам», основывавшееся на одноименной записке руководства КГБ, МВД, отдела административных органов и Комиссии по выездам за границу при ЦК КПСС. Постановление было призвано пресечь возможность «самовольного переезда советских граждан в третьи страны, в том числе и в капиталистические», особенно тех, кто выезжал в соцстраны, «в порядке индивидуального туризма, на собственных машинах»[614].

§ 3. Подарки Брежневу как главе советской империи

Картография советскости при Брежневе

По воспоминаниям посетителей «Выставки подарков Сталину», одним из ее центральных экспонатов был головной убор индейского вождя, подаренный Сталину в 1942 г. по случаю его избрания «почетным вождем всех индейских племен»[615]. Это было отнюдь не случайно – среди тысяч даров именно индейский роуч, как ничто другое, олицетворял собой правомерность претензий Сталина именоваться «отцом народов», демонстрировал безграничность мощи и влияния советской супердержавы. Аналогичный подарок был сделан А.Н. Косыгину во время его визита в Канаду в 1971 г. Индейцы племени эрминескин кри наградили его титулом вождя и нарекли именем Золотой Орел. Фотография Косыгина в головном уборе вождя кри обошла страницы журналов во всем мире.

Но и у Брежнева были подарки, по своему символическому значению мало в чем уступавшие орлиным перьям роуча и совершенно недвусмысленно, с точки зрения дарителей, определявшие его место как «вождя» одного из двух противоборствующих блоков холодной войны. Чего только стоит расческа, изготовленная кустарным способом из обломка сбитого американского истребителя и направленная Брежневу по почте обыкновенным ханойцем Нгуен Хонг Ланом[616]. Впрочем, «индейскими» дарами генсек ЦК КПСС также не был обделен. 18 июля 1973 г. референт международного отдела В. Тихменев передал ему дары перуанских индейцев кечуа и аймара: ткань с изображением лам, статуэтку бычка и сосуд в стиле эпохи инков с виноградной водкой из района Писко. По словам ветерана Перуанской коммунистической партии Александро Инохоса, доставившего дары в Кремль, «перуанские индейцы <…> хорошо знают Л.И. Брежнева и высоко оценивают его личный вклад в дело укрепления мира и безопасности во всем мире»[617]. В сентябре 1977 г. посол Боливии в СССР Карлос Серрате преподнес Брежневу еще один атрибут вождя индейцев кечуа и аймара – жезл, который был изготовлен из серебра легендарных рудников Потоси и который традиционно вручался избранному вождю племени как символ высшей власти[618]. В конце 1977 г. к этому жезлу добавился еще один. Советскому послу в Гане Ю. Бернову был вручен для передачи Брежневу племенной жезл в форме человеческой руки, держащей яйцо, который является для коренных жителей Ганы символом государственной власти и олицетворяет ответственность государственного деятеля за судьбы его страны и всего мира. Изготовивший жезл ветеран Второй мировой войны Квадво Атта заявил, что он решил таким образом выразить благодарность африканцев Л.И. Брежневу за его вклад в дело освобождения Африки и борьбу за мир.

Образование в Восточной Европе стран «народной демократии», развал колониальной системы и успехи «Движения неприсоединения» существенно расширили в послевоенные годы, если пользоваться термином, введенным О. Сосниной и Н. Ссориным-Чайковым, «картографию советскости», наглядным вещественным выражением которой выступали подарки и подношения Брежневу. Мощные финансовые вливания, помощь оружием, технологиями и специалистами, оказываемая СССР странам третьего мира, подталкивали их правительства искать способы выразить свою благодарность генеральному секретарю ЦК КПСС. 9 июня 1972 г. зав. 1-м Африканским отделом МИД СССР А. Шведов передал референту генсека Е.М. Самотейкину золотой памятный сувенир от короля Марокко Хасана II, который тот просил вручить Брежневу в ознаменование ввода в эксплуатацию плотины и ГЭС «Мансур Эддахби», построенных с помощью СССР в марте 1969 – мае 1972 г. в районе г. Уарзазат. 14 июля 1972 г., согласно пометке Самотейкина, сувенир-брелок, изображавший плотину, был передан Леониду Ильичу. Задержка была вызвана тем, что подарок проверялся Контрольной лабораторией спецназначения Четвертого главного управления при Минздраве СССР на предмет наличия патогенных микробов и радиоактивных загрязнений[619]. Бдительные советские спецслужбы не забывали о «данайцах, дары приносящих». Сирийские власти в аналогичной ситуации предпочли использовать советский опыт и подарили Брежневу 4 мая 1971 г. альбом фотографий о ходе работ по сооружению Ефратской плотины[620].