Читаем Левиафан 2. Иерусалимский дневник 1971 – 1979 полностью

Был Габриэль Тальфир с Ривкой. Я подарил им свою работу, акварель. Смотрели мои работы и коллекцию. Вместе поехали в музей на выставку Стемацкого.

Мы с Иркой на выставке Стемацкого. Много знакомых. Арох с женой, Мириам Таль, Лея, Блатман и др. Познакомился с Хазазом и с худ. Абрамовичем. Иона Фишер странным манером не захотел со мной говорить о покупке моих работ.

28 июня. Ср. Иерусалим. Был у Норы Виленской, она готовит приглашения для выставки. Бездействовал.

С Бейтаном поехали в Мевасерет Цион. Юрий Красный. Приторные Калики. Двуличные Кольцатые. И Куперман, мой завистник, но внешне очень мил. Он заключает контракт с Салмановым на 2000 в месяц за 4 холста и делает мелкую выставку в Иерусалиме.

По пути домой были с Иркой и Бейтаном в кафе.

29 июня. Чт. Иерусалим. Ведь день был у нас Юра Красный. Он оказался очень симпатичным человеком. Он плохо относится к Калику и Куперману и думает, что Куперман уедет из Израиля.

По радио на Москву была моя передача, я читал очерк о Тель-Ав. музее, очень хорошо.

30 июня. Пт. Иерусалим. Привожу в порядок свои публикации, наклеиваю на паспарту.

Приехал Володя Григорович с женой и дочкой на пару дней, живут у нас.

Вечером еще был Балабанов с приятелем. Потом был Мих. Бейтан.

1 июля. Сб. Иерусалим. У нас весь день Григоровичи, они с Иркой ездили в Старый город.

Играли в шахматы и шашки с Балабановым и Григоровичем.

Проклятая напасть – теперь опять болят десны от вырванных зубов.

2 июля. Вскр. Иерусалим. Неожиданно приехал Арон Априль с приятелем Борисом. Мы обедали вместе, беседовали о Москве, смотрели фото с картин Априля, я рассказал Априлю, что и как он должен предпринять. Он приехал из Москвы в уверенности, что я занимаю официальный пост по делам искусства. Смешно.

Была Итта Сарага. А вечером был нудник Бейтан.

3 июля. Пн. Иерусалим. Был Юра Красный, беседовали, обедали, смотрели картины, ужинали.

Была Ида Зильберберг с Анечкой, пили чай.

Вечером играл с Балабановым в шашки, выиграл 8 раз подряд.

4 июля. Вт. Иерусалим. Меникеры в своем амплуа, хапают все, что плохо лежит. Они пытались присвоить на этот раз газеты «Новое Русское Слово», которые передал мне Занд.

Читаю и вырезаю «НРСлово». Играю с Балабановым в шашки.

5 июля. Ср. Иерусалим. Читаю и вырезаю «НРСлово».

Наши денежные дела до сих пор не определились и не стабилизировались.

6 июля. Чт. Иерусалим. Тель-Авив. Нора Виленская отпечатала 500 приглашений с репродукцией «Бабочки Стесина» и отдала мне 150 штук. Я разослал 76 приглашений.

Приехал на маршрутке в Тель-Авив. В галерее Блатмана встретил Мириам Таль. С М. Таль были в галерее «Лим». Пили кофе с Мириам в кафе и беседовали.

Был у Арговых. Михаэля нет, только Михаэла с детьми.

Зашел к Катмору и курил у них марихуану. Беседовал с Ури Коганом, Катмором и Анной. Слушал музыку, нарисовал рисунок.

Ок. 3 ч. ночи ушел от Катморов и бродил по ночному Тель-Авиву и Яффо. В Яффо пустые улочки, темнота, каменные экзотические декорации, море и наконец – рассвет, и я ушел опять в Тель-Авив.

7 июля. Пт. Тель-Авив. Гиватаим. Я пришел в галерею «Лим» и вел переговоры о делах. Талия Гай считает, что мы не должны писать контракт и наши свободные отношения лучше. Я видел ее красивую дочь – Лидию и говорил с ней. Получил у Талии чек на 1500 лир.

Встретился с Яшей Александровичем, обедали у него дома с Геней и Майей. Заснули после обеда, и я проспал до вечера. К Яше и Гене пришли гости, и мы беседовали за коньяком и пр.

8 июля. Сб. Гиватаим. Тель-Авив. Иерусалим. С Яшей и Майей были в бассейне в Савьоне и купались. Вернулись, пообедали.

Я ушел пешком в Т.-А., долго бродил, был у Менахема Лиора.

Вновь встретились с Яшей, были в Яффо. А потом с Яшей и Геней были в кино. А потом Яша отвез меня на маршрутку, и я полусонный приехал в Иерусалим, из центра дошел пешком домой, Ирка, спавшая, проснулась, встретила меня, она больна, простужена. И мы все заснули.

9 июля. Вскр. Иерусалим. Читаем с Иркой пачку газет «Новое Русское Слово».

Яшка научил Златку, и она теперь становится на колени, выгибается и с размаху падает вперед на ладони. Очень разбойничает, разбивает чашки, все перевертывает, рвет, сует в рот. При случае бьет по мордам – это признак игры и ласки.

10 июля. Пн. Иерусалим. Читаю и вырезаю информацию из пачки газет «Новое Русское Слово».

С помощью Бейтана перевез работы в галерею Норы Виленской.

11 июля. Вт. Иерусалим. Читаю и разрезаю «Новое Русское Слово».

Гуляли со Златкой, Яшкой, Иркой. Зашли к мадам Сатат, дали приглашения.

12 июля. Ср. Иерусалим. Получил у Кремера своих «китайцев» в рамочках, развесил.

Был в галерее у Норы, работы оформлены и расположены очень плохо.

Вечером у нас: приевшийся Бейтан и милая Мириам Таль.

Перейти на страницу:

Все книги серии Критика и эссеистика

Моя жизнь
Моя жизнь

Марсель Райх-Раницкий (р. 1920) — один из наиболее влиятельных литературных критиков Германии, обозреватель крупнейших газет, ведущий популярных литературных передач на телевидении, автор РјРЅРѕРіРёС… статей и книг о немецкой литературе. Р' воспоминаниях автор, еврей по национальности, рассказывает о своем детстве сначала в Польше, а затем в Германии, о депортации, о Варшавском гетто, где погибли его родители, а ему чудом удалось выжить, об эмиграции из социалистической Польши в Западную Германию и своей карьере литературного критика. Он размышляет о жизни, о еврейском вопросе и немецкой вине, о литературе и театре, о людях, с которыми пришлось общаться. Читатель найдет здесь любопытные штрихи к портретам РјРЅРѕРіРёС… известных немецких писателей (Р".Белль, Р".Грасс, Р

Марсель Райх-Раницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
Гнезда русской культуры (кружок и семья)
Гнезда русской культуры (кружок и семья)

Развитие литературы и культуры обычно рассматривается как деятельность отдельных ее представителей – нередко в русле определенного направления, школы, течения, стиля и т. д. Если же заходит речь о «личных» связях, то подразумеваются преимущественно взаимовлияние и преемственность или же, напротив, борьба и полемика. Но существуют и другие, более сложные формы общности. Для России в первой половине XIX века это прежде всего кружок и семья. В рамках этих объединений также важен фактор влияния или полемики, равно как и принадлежность к направлению. Однако не меньшее значение имеют факторы ежедневного личного общения, дружеских и родственных связей, порою интимных, любовных отношений. В книге представлены кружок Н. Станкевича, из которого вышли такие замечательные деятели как В. Белинский, М. Бакунин, В. Красов, И. Клюшников, Т. Грановский, а также такое оригинальное явление как семья Аксаковых, породившая самобытного писателя С.Т. Аксакова, ярких поэтов, критиков и публицистов К. и И. Аксаковых. С ней были связаны многие деятели русской культуры.

Юрий Владимирович Манн

Критика / Документальное
Об Илье Эренбурге (Книги. Люди. Страны)
Об Илье Эренбурге (Книги. Люди. Страны)

В книгу историка русской литературы и политической жизни XX века Бориса Фрезинского вошли работы последних двадцати лет, посвященные жизни и творчеству Ильи Эренбурга (1891–1967) — поэта, прозаика, публициста, мемуариста и общественного деятеля.В первой части речь идет о книгах Эренбурга, об их пути от замысла до издания. Вторую часть «Лица» открывает работа о взаимоотношениях поэта и писателя Ильи Эренбурга с его погибшим в Гражданскую войну кузеном художником Ильей Эренбургом, об их пересечениях и спорах в России и во Франции. Герои других работ этой части — знаменитые русские литераторы: поэты (от В. Брюсова до Б. Слуцкого), прозаик Е. Замятин, ученый-славист Р. Якобсон, критик и диссидент А. Синявский — с ними Илью Эренбурга связывало дружеское общение в разные времена. Третья часть — о жизни Эренбурга в странах любимой им Европы, о его путешествиях и дружбе с европейскими писателями, поэтами, художниками…Все сюжеты книги рассматриваются в контексте политической и литературной жизни России и мира 1910–1960-х годов, основаны на многолетних разысканиях в государственных и частных архивах и вводят в научный оборот большой свод новых документов.

Борис Яковлевич Фрезинский , Борис Фрезинский

Биографии и Мемуары / История / Литературоведение / Политика / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

100 знаменитых тиранов
100 знаменитых тиранов

Слово «тиран» возникло на заре истории и, как считают ученые, имеет лидийское или фригийское происхождение. В переводе оно означает «повелитель». По прошествии веков это понятие приобрело очень широкое звучание и в наши дни чаще всего используется в переносном значении и подразумевает правление, основанное на деспотизме, а тиранами именуют правителей, власть которых основана на произволе и насилии, а также жестоких, властных людей, мучителей.Среди героев этой книги много государственных и политических деятелей. О них рассказывается в разделах «Тираны-реформаторы» и «Тираны «просвещенные» и «великодушные»». Учитывая, что многие служители религии оказывали огромное влияние на мировую политику и политику отдельных государств, им посвящен самостоятельный раздел «Узурпаторы Божественного замысла». И, наконец, раздел «Провинциальные тираны» повествует об исторических личностях, масштабы деятельности которых были ограничены небольшими территориями, но которые погубили множество людей в силу неограниченности своей тиранической власти.

Валентина Валентиновна Мирошникова , Наталья Владимировна Вукина , Илья Яковлевич Вагман

Биографии и Мемуары / Документальное