Читаем Левиафан 2. Иерусалимский дневник 1971 – 1979 полностью

Вечером у нас: болван Балабанов, ругающий Израиль (а я ругал Балабанова), и Михаэль Бейтан, он теперь зав. отделом по русской алие в своей партии «Независимых либералов».

Златочкины глазки выздоравливают, и она опять похорошела.

15 июня. Чт. Иерусалим. Окончил акварель «Рождение Земли». Нарисовал тушью и акв. «День» и еще рисунок.

Вечером была Итта Сарага. Я показал свои работы. Заходили Грейдингеры.

Цви и Мэри Фефер приносили своего младенца, и он спал у нас, а они были на свадьбе.

Днем приезжал новоиспеченный маршан Кремер с дамой – галерея «Шац». Предложил выставку и прочее.

16 июня. Пт. Иерусалим. Сегодня год, как мы подали документы в ОВИР на выезд в Израиль.

Нарисовал тушью и акварелью: Клеопатру, Иом Кипур и еще 2 акварели.

Вечер за столом у Балабанова. Знакомство с очень симпатичным архитектором Виталием Свечинским.

17 июня. Сб. Иерусалим. Были Гальперины-Ордер (мать, Жанна и Фима), привезли чемодан Ев. Ар. с постельным бельем, скатертями и игрушками детям. Очень милые люди.

Заходили Лена Меникер и Неля Занд.

Сегодня Златочке – 1 годик. Вечером – торжество. Коньяк, вино, бутерброды и прочее. Были: Мириам Таль, М. Бейтан, Абты, Грейдингеры, Балабанов, Канды, Зильберберги, Лена Меникер. (По сути дела, кроме Мириам Таль, все люди чужие.)

18 июня. Вскр. Иерусалим. Был Тадмор, куратор Хайфского музея искусства. Я показал свое и кое-что из коллекции. Тадмор выбрал для покупки «Старика-садовника» и «Все проходит». Выставку мою он не хочет делать. Мы пили кофе и беседовали.

Слушал музыку на балабановском проигрывателе.

Заходила Геся Комайская, мы сошлись, что русская алия сейчас плоховата, люди в основном низкого качества.

19 июня. Пн. Иерусалим. Записал свою беседу о Тель-Авивском музее на радио, для России.

Слушал музыку. Заходили Патласы с приятелем. Вечером был М. Бейтан.

Видел Цви Фефера. Отдал в галерею «Шац» несколько своих работ.

20 июня. Вт. Иерусалим. Энгель вернул мои работы, он ничего не продал и сказал, что они должны быть дешевле.

Был на радио, говорил с Вебером о моих передачах. Был у Цви Фефера в бюро.

Был у Кремера, отдал в оформление своих «китайцев», оплачу картинами. Кремер заинтересован во мне. Был в Доме художника и встретил там А. Селиктар.

Был у госпожи Сафрай, они контактируют с Куперманом – он ищет галерею.

Был у Норы Виленской. Моя выставка откроется 8 июля, все расходы она берет на себя, обсудили детали. Видел сына Норы – Павла Липшица.

В мое отсутствие у Ирки была Итта Сарага. У Итты ограбили комнату, все унесли.

21 июня. Ср. Иерусалим. Нора Виленская была у меня и выбрала работы для выставки у себя.

Я начал рисовать гуашью новую работу.

У Ирки воспалился глаз и горло.

Вечером был у нас Моше Кармиль с дочерью Суламифью. Коньяк, вино, беседа.

22 июня. Чт. Иерусалим. Я зашел к Итте Сараге, а потом она была у нас, мы с ней рисовали.

Заходили к нам посол Израиля в Чили – Дов Сатат с женой Минной.

Был Цви Фефер.

23 июня. Пт. Иерусалим. Рамат-Ган. Тель-Авив. Феферы заехали за нами и отвезли в Рамат-Ган, к Шепсам.

Я был в галерее «Лим», видел Талию и Лидию Гай, получил 1000 лир. Познакомился с худ. из Литвы (8 лет назад) Хананом Мильнером и ездили с ним в Тель-Авивский музей. Видел и говорил с Др. Гамзу и видел Марка Шепса. Был у Тальфира в редакции.

Вернулся к Шепсам. Вечером были родственники Марка и фильм о бар-мицве Офира.

24 июня. Сб. Рамат-Ган. Герцлия. Гиватаим. Яффо. Я, Ирка, Златочка, Яшка, Яша Александрович и его дочь Майя поехали на море в Герцлию, купались и плавали. Златка бегала на четвереньках по берегу и ела песок.

Обедали у Александровичей и отдыхали.

Вечером мы с Иркой, Александровичами и Марком Шепсом были в Старом Яффо у Давида Мешулама. Пили коньяк, беседовали и смотрели картины и скульптуры.

25 июня. Вскр. Рамат-Ган. Тель-Авив. Иерусалим. Я – у Шепсов с детьми и Эстер, Ирка – на шуке Кармель, Марк – на работе. Ирка вернулась усталая, со многими покупками.

Всем семейством и с Марком были в павильоне Рубинштейн, я выбрал рамки.

Всем семейством были у Корнов. Доктор Корн передал мне 1100 лир за мою картину, купленную доктором Адасом.

На маршрутке вернулись домой, в Иерусалим, дети заснули в дороге.

26 июня. Пн. Иерусалим. Канд вырвал зуб, а десна болела 3 недели и особенно воспалилась сейчас. Я пошел к доктору Гринбергу, соседу из Румынии, и он вырвал мне оставленный Кандом корень и удалил осколок, и еще удалил испорченный «зуб мудрости». Было не больно. Миша Канд просто шарлатан, а Гринберг очень хороший специалист. Вечером был Ханан Мильнер.

27 июня. Вт. Иерусалим. Готовим с Норой Виленской выставку.

Приезжал худ. Штрайхман с людьми (худ. Ариэли и инженер-винодел Авни с женами).

Перейти на страницу:

Все книги серии Критика и эссеистика

Моя жизнь
Моя жизнь

Марсель Райх-Раницкий (р. 1920) — один из наиболее влиятельных литературных критиков Германии, обозреватель крупнейших газет, ведущий популярных литературных передач на телевидении, автор РјРЅРѕРіРёС… статей и книг о немецкой литературе. Р' воспоминаниях автор, еврей по национальности, рассказывает о своем детстве сначала в Польше, а затем в Германии, о депортации, о Варшавском гетто, где погибли его родители, а ему чудом удалось выжить, об эмиграции из социалистической Польши в Западную Германию и своей карьере литературного критика. Он размышляет о жизни, о еврейском вопросе и немецкой вине, о литературе и театре, о людях, с которыми пришлось общаться. Читатель найдет здесь любопытные штрихи к портретам РјРЅРѕРіРёС… известных немецких писателей (Р".Белль, Р".Грасс, Р

Марсель Райх-Раницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
Гнезда русской культуры (кружок и семья)
Гнезда русской культуры (кружок и семья)

Развитие литературы и культуры обычно рассматривается как деятельность отдельных ее представителей – нередко в русле определенного направления, школы, течения, стиля и т. д. Если же заходит речь о «личных» связях, то подразумеваются преимущественно взаимовлияние и преемственность или же, напротив, борьба и полемика. Но существуют и другие, более сложные формы общности. Для России в первой половине XIX века это прежде всего кружок и семья. В рамках этих объединений также важен фактор влияния или полемики, равно как и принадлежность к направлению. Однако не меньшее значение имеют факторы ежедневного личного общения, дружеских и родственных связей, порою интимных, любовных отношений. В книге представлены кружок Н. Станкевича, из которого вышли такие замечательные деятели как В. Белинский, М. Бакунин, В. Красов, И. Клюшников, Т. Грановский, а также такое оригинальное явление как семья Аксаковых, породившая самобытного писателя С.Т. Аксакова, ярких поэтов, критиков и публицистов К. и И. Аксаковых. С ней были связаны многие деятели русской культуры.

Юрий Владимирович Манн

Критика / Документальное
Об Илье Эренбурге (Книги. Люди. Страны)
Об Илье Эренбурге (Книги. Люди. Страны)

В книгу историка русской литературы и политической жизни XX века Бориса Фрезинского вошли работы последних двадцати лет, посвященные жизни и творчеству Ильи Эренбурга (1891–1967) — поэта, прозаика, публициста, мемуариста и общественного деятеля.В первой части речь идет о книгах Эренбурга, об их пути от замысла до издания. Вторую часть «Лица» открывает работа о взаимоотношениях поэта и писателя Ильи Эренбурга с его погибшим в Гражданскую войну кузеном художником Ильей Эренбургом, об их пересечениях и спорах в России и во Франции. Герои других работ этой части — знаменитые русские литераторы: поэты (от В. Брюсова до Б. Слуцкого), прозаик Е. Замятин, ученый-славист Р. Якобсон, критик и диссидент А. Синявский — с ними Илью Эренбурга связывало дружеское общение в разные времена. Третья часть — о жизни Эренбурга в странах любимой им Европы, о его путешествиях и дружбе с европейскими писателями, поэтами, художниками…Все сюжеты книги рассматриваются в контексте политической и литературной жизни России и мира 1910–1960-х годов, основаны на многолетних разысканиях в государственных и частных архивах и вводят в научный оборот большой свод новых документов.

Борис Яковлевич Фрезинский , Борис Фрезинский

Биографии и Мемуары / История / Литературоведение / Политика / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

100 знаменитых тиранов
100 знаменитых тиранов

Слово «тиран» возникло на заре истории и, как считают ученые, имеет лидийское или фригийское происхождение. В переводе оно означает «повелитель». По прошествии веков это понятие приобрело очень широкое звучание и в наши дни чаще всего используется в переносном значении и подразумевает правление, основанное на деспотизме, а тиранами именуют правителей, власть которых основана на произволе и насилии, а также жестоких, властных людей, мучителей.Среди героев этой книги много государственных и политических деятелей. О них рассказывается в разделах «Тираны-реформаторы» и «Тираны «просвещенные» и «великодушные»». Учитывая, что многие служители религии оказывали огромное влияние на мировую политику и политику отдельных государств, им посвящен самостоятельный раздел «Узурпаторы Божественного замысла». И, наконец, раздел «Провинциальные тираны» повествует об исторических личностях, масштабы деятельности которых были ограничены небольшими территориями, но которые погубили множество людей в силу неограниченности своей тиранической власти.

Валентина Валентиновна Мирошникова , Наталья Владимировна Вукина , Илья Яковлевич Вагман

Биографии и Мемуары / Документальное