После того как Феликс Юсупов принял самое непосредственное участие в убийстве Григория Распутина («Мы твердо знали: то, что сейчас случилось, спасет Россию и династию от гибели и бесчестья», – утверждал Феликс), в знак наказания он выслан в свое имение Ракитное в нынешней Белгородской области. Находился там Феликс Юсупов до Февральской революции, а потом уехал в Крым.
Весной 1917 г. многие покинули Петербург в поисках убежища в своих крымских имениях. Из Киева в Ай-Тодор приехала императрица Мария Федоровна со своими дочерьми и их семьями, к ним присоединились и Юсуповы. Когда в 1919 г. к Крыму приблизилась Красная армия, английский король Георг V прислал в распоряжение императрицы Марии Федоровны броненосец «Мальборо». На нем ее семья и Юсуповы покинули Россию.
Юсуповы выехали на Мальту, затем перебрались в Лондон, а потом в Париж. На средства, вырученные от продажи фамильных драгоценностей и двух полотен Рембрандта, Юсуповы купили дом в Булонском лесу.
В 1920-е гг. супруги Юсуповы открыли Дом моды, однако начинание не принесло им денежного дождя. Семейный бюджет удалось пополнить за счет выигранного в Англии иска против голливудской студии MGM. Дело в том, что в 1932 г. на экраны вышел фильм «Распутин и императрица» и жена князя Юсупова в нем названа… любовницей Распутина. Феликсу Юсупову удалось доказать в суде, что это злостная клевета.
Особо тяжелым стало время Второй мировой войны, которое Юсуповы пережили во Франции. «В 1944 году, к нашему огорчению, прямо напротив засел генерал Роммель со своим штабом, – вспоминал Феликс Юсупов. – На Пьер-Герен появились немецкие часовые. С ними поздно вечером приходилось пререкаться, чтобы пройти к себе домой. По-немецки мы не знали и с трудом могли убедить их, что хотим всего-навсего спать в своей постели… Чувство, что сидишь на пороховой бочке».
В 1967 г. семья Юсуповых усыновила 18-летнего мексиканца Виктора Мануэля Контрераса, который позже стал известным скульптором и живописцем. Его монументальная бронза украшает центральные площади городов Мексики, США и многих стран. В том же году Феликс Юсупов, последний из рода Юсуповых, скончался. Его последним пристанищем стало знаменитое русское кладбище в Сент-Женевьев-де-Буа. Супруга Ирина Юсупова пережила мужа на три года.
Страсти Романовых
Личность царя Петра Великого всегда вызывала самые противоречивые чувства: одни им восхищались, боготворили и превозносили его, другие яростно поносили, считали антихристом. Государь Петр Алексеевич, сдвинувший вектор развития России, действительно был велик, причем во всех, в том числе и в своих любовных, страстях. Мой собеседник, историк Леонид Колотило, кандидат географических наук, действительный член Русского географического общества, отмечает, что Петр не ограничивал себя ни в чем. За всю жизнь у него было несколько сот любовниц, а сосчитать его внебрачных детей вообще практически невозможно.
– Серьезных профессиональных историков-ученых нет. Вернее, они опасались этой темы, и ею интересовались в основном историки-писатели и писатели-беллетристы, строившие свои художественные произведения на исторических и псевдоисторических темах.
Почему не занимались профессиональные историки – отдельный разговор, но можно назвать несколько причин. Во-первых, до определенного времени они считали неприличным делом исследовать сексуальную жизнь исторических персон. Во многом подобный взгляд сохраняется и доныне. Во-вторых, все, что касалось правящего Дома Романовых, до начала ХХ в. подвергалось государственной цензуре. В-третьих, существует проблема достоверности исторических источников времен Петра I, раскрывающих эту «щекотливую» тему.
В основном эта тема опирается на письма, донесения и мемуары иностранных дипломатов при Царском дворе. Далеко не все они опубликованы до сих пор. Российские источники – крайне скудные, ибо тема очень опасная: за подобные откровения можно было попасть и в пыточные застенки.
Кроме того, уже в XIX в. революционеры разных «мастей» опубликовали в европейских странах буквально тонны всяческих небылиц о царствующем доме. Особенно отличился в этом отношении Герцен со своей газетой «Колокол», хотя его собственная сексуальная жизнь с многочисленными, весьма экзотическими вариантами любовных связей даже сейчас выглядит весьма далекой от нравственных идеалов.
В-четвертых, в ХХ в. революционные, военные и политические события заслонили интерес к личной жизни русских царей. И, наконец, современные историки, чтобы прокормить себя, должны добиться гранта на соответствующие исследования. Вряд ли сейчас возможно историку получить грант на изучение сексуальной жизни Петра Великого.