Люди Цусимы. Русские моряки в героической эпопее

После Октябрьской революции остался в Советской России, служил начальником Морского отдела при командующем всеми вооруженными силами Украины и Крыма М. В. Фрунзе, с которым у него были дружеские отношения. С 1931 года исполнял обязанности начальника Управления безопасности плавания кораблей Черного и Азовского морей. В памятные 1930-е годы был арестован и судим тройкой. Однако «революционная» кара не успела настигнуть его: Сергей Николаевич покончил с собой в тюрьме, не выдержав условий содержания.

Мичман Владимир Дмитриевич Погожев, вахтенный начальник, родился 7 ноября 1883 года. После участия в Цусиме и плена был командиром миноносца «Внимательный» на Балтике, служил также на Черном море. После Гражданской войны – в эмиграции в США, умер в Нью-Йорке 11 ноября 1956 года.

Кают-компания миноносца «Быстрый»

Транспорт «Иртыш»

Транспорт «Иртыш»

Выйдя из Либавы в декабре 1904 года, транспорт «Иртыш» присоединился ко 2-й Тихоокеанской эскадре у берегов Мадагаскара. «Иртыш» доставил на эскадру 8 000 т угля, около 30 т пироксилина, патроны малокалиберной артиллерии и матросские сапоги. Пироксилин, патроны и сапоги явно были рассчитаны на Владивосток. А вот второго артиллерийского боекомплекта для кораблей эскадры, которого ждал адмирал Рожественский, «Иртыш» не привез. При выходе из Либавы транспорт потерпел аварию и был поставлен в сухой док. При этом боекомплект выгрузили и отправили во Владивосток по железной дороге. Тем не менее «Иртыш» был включен в боевой порядок эскадры из-за больших запасов угля и участвовал таким образом в Цусимском сражении. Командовал транспортом капитан 2 ранга Константин Львович Ергомышев.

В бою 14 мая 1905 года «Иртыш» получил двадцать попаданий, но только одно из них нанесло серьезное повреждение в подводной части. Если бы не оно, транспорт вполне мог бы прийти во Владивосток, потому что командир Ергомышев выбрал путь, которым пришел во Владивосток крейсер «Алмаз» – вдоль западного берега Японии. Однако борьба с затоплением корпуса судна через пробоину оказалась для экипажа непосильной. Несмотря на заведенный пластырь, вода все прибывала, и было принято решение высадить людей на японский берег и затопить «Иртыш», что и было сделано у городка Гоцу префектуры Симанэ. «Иртыш» затонул к вечеру 15 мая примерно в 4 км от берега, а команда, потерявшая в бою 14 человек убитыми и 35 ранеными, была благополучно свезена на берег.

Константин Львович Ергомышев родился 20 апреля 1856 года в Херсонской губернии. Воспитанник Морского кадетского корпуса, он получил чин мичмана 8 октября 1879 года. Константин Львович происходил из известной морской фамилии, его отец Лев Андреевич, командуя парусным линейным кораблем «Великий князь Константин» в эскадре вице-адмирала П. С. Нахимова, участвовал в истреблении турецкой эскадры на Синопском рейде 18 ноября 1853 года.

Морская карьера К. Л. Ергомышева сначала развивалась успешно. Первый корабль в командование он получил в 1894 году – это был миноносец «Свеаборг». Затем был командиром минного крейсера «Гайдамак», крейсера «Адмирал Корнилов», даже эскадренного броненосца «Полтава». 6 декабря 1898 года он командир транспорта «Бакан», ходившего в экспедицию к берегам Шпицбергена. За эту экспедицию Ергомышев был награжден. По возвращении из японского плена мы видим его капитаном 1 ранга, командиром эскадренных броненосцев «Три Святителя» и «Андрей Первозванный» в течение всего четырех месяцев, а затем приличное понижение в должности с 18 июня 1907 года до отставки в 1914 году: К. Л. Ергомышев являлся начальником Военно-исправительной тюрьмы морского ведомства в Санкт-Петербурге. Перевод из строевого плавсостава на береговую службу, да еще на такую непрестижную, должен иметь вескую причину. И она была. Подметил ее Гарольд Карлович Граф, который был на «Иртыше» в Цусиме ревизором… Вот что он пишет про К. Л. Ергомышева: «…Когда-то выдающийся офицер, подававший большие надежды, но сгубивший свою карьеру вином. Он был неплохим человеком, но все же сильно опустившимся и под влиянием винных паров (а это случалось часто) становился неприятным. За это его на корабле не очень любили. Кроме того, он в самом начале начал несколько фамильярно относиться к офицерам с коммерческого флота, среди них же оказались люди простые, не обладающие тактом, которые начали отвечать ему тем же. В результате у Е. начались недоразумения». Ну что ж, распространенная русская «болезнь», зато высадка на японский берег всего уцелевшего экипажа «Иртыша» и его затопление прошли идеально. Русский офицер выполнил свой последний долг, и это, как ни удивительно, оценили сами японцы. На месте высадки и поныне стоит памятная стела, посвященная «Иртышу».