Ливонская война: Забытые победы Ивана Грозного 1558–1561 гг.

Между тем никто и ничто не могло помешать Ивану завоевать Ливонию всю, целиком, «от моря до моря», и в том же 1558 году, и в следующем, и даже в 1560-м. Русское государство в конце 50-х – начале 60-х годов XVI века находилось на пике своей военной мощи, в чем могли наглядно убедиться и Казанское ханство, и Крымское, и Литва. Ливония ничего не могла противопоставить победоносным государевым полкам и царскому наряду, изрядно поднаторевшим в градоимстве и сражениях с государевыми недругами. Никак и ничем не могли (да и хотели ли?) помочь Ливонии и ее соседи – ни Империя, Ни Литва с Польшей, ни Швеция, ни тем более Дания. Чем могла закончиться история большого государева похода в Ливонию, поставь перед собою цель покорения этой земли московский царь, наглядно показывает кампания 1577 года, когда царские войска прошли через всю Ливонию как раскаленный нож через масло. А ведь ни в одном походе против ливонцев, что во время Ливонской войны, что позднее, Иван не выставлял в поле силы, подобные тем или хотя бы похожие на те, что отправлял он на Казань, на Полоцк или, к примеру, против крымского «царя».

Одним словом, ливонская проблема долгое время для Ивана Грозного была лишней, возникшей в самое неподходящее время, когда у Москвы не было ни времени, ни ресурсов, ни сколько-нибудь ясной программы действий на этом направлении. Более того, складывается впечатление, что активизация Сигизмундом II планов по инкорпорации Ливонии в состав своего государства напрямую была связана с его расчетами на то, что Москва, по уши занятая борьбой с Крымом, не сумеет помешать ему решить ливонский вопрос в нужном ключе. И когда в 1557 году, вмешавшись в войну коадъюторов, Сигизмунд вынудил Фюрстенберга подписать Позвольские соглашения, он тем самым застал Москву врасплох, вынудив ее по ходу дела перестраивать свою политику в ливонском вопросе.

Эта импровизированная, не подготовленная заранее политика (без четкого представления о том, какие силы могут быть задействованы, как изменится расстановка внешнеполитических сил в случае вмешательства России – впрочем, а стоит ли ожидать иного, если Посольский приказ явно не владел ситуацией в полной мере, довольствуясь той информацией, которая поступала из Новгорода и Пскова, а там видели лишь часть общей картины) оказалась неудачной. Избежать втягивания в полноценную войну не удалось, и локальный конфликт, который можно и должно было решить быстро, поставив потенциальных оппонентов перед фактом, превратился в полноценную войну сперва с Великим княжеством Литовским, а потом и со Швецией. И это притом, что на протяжении всего этого времени шла полномасштабная война с Крымом.

В итоге Москве пришлось вести боевые действия сразу на нескольких фронтах, в том числе и в Поволжье с постоянно бунтующими казанцами. Ценой больших усилий и жертв Ивану Грозному удалось одержать верх над Крымом, однако развить первоначальный успех, достигнутый в Ливонии к началу 60-х годов, ему не удалось. Да, судя по всему, он к этому и не стремился. Взяв Дерпт (как часть «наследия Ярослава») и Нарву, он решил на этом остановиться, сосредоточив свои усилия на более важном, первостепенном направлении – литовском, перейдя к обороне на южном, крымском. Ливония же окончательно отошла на второй план. Впрочем, таковым она была и для Сигизмунда II, а после него – для Стефана Батория. Исход очередного раунда русско-польско-литовского противостояния был определен в ходе Московской войны 1579–1582 годов, и не в Ливонии, а под Полоцком, Великими Луками и Псковом. Здесь по большому счету находился ключ к ливонскому наследству, и его судьба должна была разрешиться в противостоянии России и Речи Посполитой. Но это все будет позднее, а пока предстояло разыграть первый акт ливонской драмы…

<p>Ливонский узел: наследство одряхлевшего ордена</p>

В январе 1558 года началась Ливонская война между Русским государством и Ливонской «конфедерацией». В этот конфликт в скором времени оказались втянуты соседи несчастной Ливонии, и совместными действиями участники войны перекроили политическую карту Восточной Европы, заложив тем самым основы новых войн и противоречий. Любопытно то, что современники этой войны о ней и не знали – правда, это совершенно не мешало им воевать. Попробуем разобраться, что же произошло больше четырех с половиной столетий назад и какие события накрепко завязали «ливонский узел» в Восточной Европе.

<p>Прусская присяга</p>