Лобановский

В 2006 году московский журнал «PRO-спорт» задал Бышовцу логичный вопрос: почему тренер не работает ни с одним из российских клубов? Ответ поразил даже тех, кто был осведомлён о «скромности» специалиста: «Российский футбол ещё не дорос до Бышовца!»

Подтасовка фактов — обычное для людей такого рода занятие. В своей книге «Не упасть за финишем» Бышовец, например, пишет о том, как, будучи тренером олимпийской сборной СССР, позвонил Лобановскому, отправлявшемуся на чемпионат мира в Мексику (1986 год): «Слушай, кто-то из этих трёх — Яковенко, Яремчук, Рац — не будет играть? Или Чанов не будет стоять? Если так, то не заигрывай их, пожалуйста». Лобановский в ответ: «Да нет вопросов!» Но, пишет Бышовец, «заиграл их всех в ничего не значащем матче с Канадой».

Одна несуразица подгоняет другую. Бышовец, рванувший из Киева в Москву в начале мая 1986 года, практически сразу после Чернобыля, возглавил олимпийскую сборную страны в июле, спустя некоторое время после мексиканского чемпионата мира, и, пребывая в дни отлёта национальной сборной в Мексику в технической должности старшего тренера Центрального совета общества «Динамо», не имел никаких оснований просить не заигрывать тех или иных футболистов. Да и что значит «не заигрывать»? Зачем тогда везти их на чемпионат мира?

И с чего это вдруг Бышовец взял, что Яковенко, Яремчук и Рац (Чанов — понятно, он вратарь, как все знали, резервный) не будут играть? Тренер, пусть нигде ещё себя не проявивший, не мог не видеть, как в начале мая 1986 года киевское «Динамо» в поразившем всю футбольную Европу стиле выиграло финал Кубка кубков у мадридского «Атлетико» и важную роль в составе той команды играла тройка динамовских хавбеков (Яковенко в середине поля, Яремчук и Рац на флангах).

Все хорошо знающие Лобановского люди легко подтвердят, что в его лексиконе отсутствовали такие выражения, как «Да нет вопросов!». Тема, затронутая Бышовцем в разговоре с Лобановским — если, конечно, допустить сам факт этого разговора, — настолько серьёзна, что подобного ответа от главного тренера сборной СССР, назначенного в авральном порядке за несколько дней до вылета в Мексику, быть никак не могло. Лобановский — не сумасшедший, чтобы обещать не ставить на матчи чемпионата мира трёх ведущих футболистов, от которых, как и от остальных киевских динамовцев, выехавших в Мексику, во многом зависело, каким будет уровень командной игры. Каким он был, все увидели в матчах с венграми, французами и бельгийцами (а затем и осенью во Франции во встрече в рамках отборочного турнира к чемпионату Европы). Яковенко и

Яремчук забили по голу венграм, Рац открыл счёт в игре с Францией. А вот против Канады большая группа игроков основного состава, Яковенко, Яремчук и Рац в их числе, как раз и не играла: матч действительно ничего не значил.

«Отношения с Лобановским у нас всегда были ревнивыми», — констатирует Бышовец. Но ревность проявлялась только с одной стороны, поскольку у Лобановского вообще не было никаких отношений с человеком, промышлявшим интригами, направленными в основном на то, чтобы занять его место в киевском «Динамо». Иногда их отношения называли «напряжёнными». Но и для «напряжённых отношений» должны быть задействованы как минимум две стороны.

Думается, Бышовец напрасно пытается встать вровень с Лобановским, а заодно и с теми, кто составляет ряд выдающихся отечественных тренеров, — Борисом Аркадьевым, Гавриилом Качалиным, Михаилом Якушиным, Виктором Масловым, Константином Бесковым. У них с ним несопоставимые профессиональные уровни. После победы в 1988 году на Олимпиаде Бышовец тратил в основном время на самопиар и с какого-то момента вообще перестал практиковать. В профессиональном отношении он заметно слабее и таких российских тренеров из новейшей истории, как Юрий Сёмин, Олег Романцев, Валерий Газзаев, покойный Павел Садырин, Курбан Бердыев, Леонид Слуцкий.