Ложные приговоры, неожиданные оправдания и другие игры в справедливость

Компетентное судебное преследование уголовных преступлений является основополагающим условием нашего социального контракта. Право на проведение расследования и судебного преследования по инкриминируемым преступлениям во всех, кроме редчайших исключений, случаях перекладывается с отдельных лиц на государство. Государство расследует, вооружает всем необходимым обвинение и предоставляет место для проведения судебного процесса, после чего выносит приговор виновным. Граждане же, в свою очередь, имеют право ожидать должного финансирования органов уголовного преследования, а также их компетентности. Во мне с детства взращивали веру в подобное соглашение между государством и его гражданами – что обвинения в серьезных уголовных преступлениях будут подлежать профессиональному и независимому судебному разбирательству, а не решаться, как это бывало в прошлом, в зависимости от связей, состояния или причуд отдельных потерпевших. Когда собственными глазами видишь отчаянную беззащитность столь многих жертв насилия, чаще всего представляющих те же малообеспеченные социальные слои, что и их мучители, то сразу же убеждаешься в преимуществах принудительно переложенной на плечи компетентного и беспристрастного государственного органа функции судебного преследования.

Будучи, однако, человеком, которому регулярно поручалось представлять государство на стороне обвинения, я не могу сдержать своего гнева по поводу того, как часто и грубо данный контракт нарушается; причем не из-за недостаточного старания добросовестных мужчин и женщин, посвятивших свою жизнь трещащей по швам Королевской прокуратуре, а из-за хронической нехватки персонала и финансирования, поддерживаемой одним циничным правительством за другим. Зайдите в любой уголовный суд в стране, поговорите с любым адвокатом или судьей, и вы непременно услышите одни и те же жалобы о регулярно нарушаемых установленных сроках судебного производства, о поступающих в суд неподготовленных делах, о потерянных доказательствах, о неразглашенных показаниях, о наплевательском отношении к жертвам преступлений и впустую потраченных миллионах фунтов бюджетных денег. А также о том, что, как следствие, каждый день почти наверняка виновные люди уходят безнаказанными.

Прежде чем рассказать о моем участии в деле Роба Маккалока, имеет смысл вспомнить, как должно проводиться судебное преследование. Как мы уже видели ранее, в период с 1880 по 1986 год все решения о судебном преследовании принимались силами местной следственной полиции, которая занималась как расследованием, так и уголовным преследованием по обвинениям в совершении преступлений, пока в 1986 году не была создана Королевская уголовная прокуратура, призванная обеспечить принятие более качественных и единообразных решений по всей стране. Из-за серьезных сокращений финансирования, наблюдавшихся за последние десять лет, решения по предъявлению обвинений в отношении огромного ряда дел были возвращены прокуратурой в юрисдикцию полиции, и ряд других органов также были наделены полномочиями инициировать судебные разбирательства (2), такие как органы местного самоуправления, министерство труда и пенсионного обеспечения, агентство по охране окружающей среды и управление по безопасности, здравоохранению и экологии. Кроме того, отдельные лица по-прежнему имеют право привлекать к судебной ответственности в частном порядке (3) (чем воспользовалось Королевское общество защиты животных и что было применено в ходе безрезультатных судебных разбирательств по делу об убийстве Стивена Лоуренса (резонансное убийство чернокожего подростка на почве расовой ненависти в 1993 году)[7]. Вместе с тем подавляющее большинство уголовных дел в Англии и Уэльсе – 588 021 в 2016–2017 годах (4) – возбуждаются именно Королевской уголовной прокуратурой.

Любой адвокат или судья расскажут вам о регулярно поступающих в суд неподготовленных делах, о потерянных доказательствах. А также о том, что почти каждый день виновные люди уходят безнаказанными.

Когда кому-то вроде Роберта Маккалока предъявляются обвинения в совершении уголовного преступления, то типичный жизненный цикл обвинительного процесса выглядит приблизительно следующим образом.

В полицию поступает заявление о совершении уголовного преступления, и она начинает расследование по всем возможным направлениям, включая (как правило) допрос с предостережением об ответственности за дачу ложных показаний. Консультацию по поводу проведения расследования всегда можно получить по круглосуточной прямой горячей линии прокуратуры.