Ложные приговоры, неожиданные оправдания и другие игры в справедливость

Выражение лица Рио, отпущенного наконец из-под стражи, останется со мной до конца моей карьеры. Безграничное счастье, слезы радости и облегчения освобожденного человека. «Пять», которую он дал смутившемуся Алану по окончании слушаний. Несколько месяцев спустя я проходил «вторые шесть» недель своей стажировки и теперь уже работал самостоятельно, выступая обвинителем на слушаниях по поводу освобождения под залог в Королевском суде. В первый свой день в комнате для переодевания я наткнулся на одного старшего коллегу из конторы, Мэтью, который из вежливости поинтересовался, над чем я работаю. Когда я сказал ему с напускным безразличием, желая скрыть свою неопытность (но при этом, скорее всего, выставив себя недоумком), что у меня «всего лишь слушания по поводу освобождения под поручительство», Мэтью сделал мне выговор.

– Ходатайства об освобождении под поручительство, – сказал он мне своим наставническим тоном, – являются самыми недооцененными слушаниями в уголовном судопроизводстве. Не существует такого понятия, как «просто» ходатайство об освобождении из-под стражи. Каждое из них определяет, останется ли человек на свободе, что может повлечь за собой судьбоносные последствия для каждой из вовлеченных сторон.

Тогда я вспомнил день освобождения Рио, всю глубину и необъятность его радости от полученной свободы, и все понял.

Выражение лица Рио, отпущенного наконец из-под стражи, останется со мной до конца моей карьеры. Безграничное счастье, слезы радости и облегчение освобожденного человека.

Время от времени я мысленно возвращаюсь к улыбающемуся Рио. Я не смею утверждать, что на каждом слушании по поводу освобождения под поручительство или превышению срока пребывания под стражей тяжесть воспоминаний о нем давит на мои плечи, а его лицо сияет в облачке с мыслями, как в комиксах, над моей головой. Бывают, однако, определенные случаи – например, похожие по содержанию дела, – которые вызывают у меня в памяти мимолетные образы Рио, покидающего зал суда. А также воспоминания о том, чем все закончилось. Потому что, вопреки опасениям обвинения, после освобождения Рио соблюдал требование не вступать в контакт с потерпевшей. Он послушно явился в суд на слушания. И, вопреки их ожиданиям, при поддержке Алана Рио был оправдан. Явился он на слушания, однако, по той причине, что его туда привезли в автофургоне. Из тюрьмы. Где он отбывал срок. Потому что через две недели после освобождения под поручительство, лишенный благотворного воздействия Джейд, Рио обдолбался экстази и крэком вперемешку с водкой. Он взял кухонный нож и отправился в местный паб, где вонзил его тридцать раз в грудь, шею и спину случайному недотепе. К моменту начала отложенных слушаний по делу об изнасилованиях он уже отбывал пожизненное заключение за убийство.

Как сказал Мэтью, каждое решение, от которого зависит чья-то свобода, имеет значение. Судьбоносные последствия не заставляют себя ждать. Следить за строгим выполнением правовых критериев отказа в освобождении под залог так же важно, как и за тем, чтобы после заключения опасных индивидов под стражу органы прокуратуры поспешили довести дело до суда. Первоочередную важность исполнения прокуратурой приказов суда и своих обязательств по своевременному предоставлению доказательств, а также разглашению подрывающих их аргументацию материалов сложно переоценить, ведь в противном случае последствия могут быть катастрофическими.

Каждое решение, от которого зависит чья-то свобода, имеет значение.

К сожалению, в нашей современной, страдающей от нехватки финансирования и персонала Королевской уголовной прокуратуре проблемы не начинаются с момента открытия судопроизводства посреди хаоса первой явки в суд и не заканчиваются в тумане безнадежного ходатайства об освобождении из-под стражи. Ошибки имеют место и в Королевском суде, куда попадают на рассмотрение серьезные дела. А как мы с вами вскоре увидим, когда они действительно случаются, ставки порой могут быть до жути высоки.

4. Когда виновный остается безнаказанным: уголовное обвинение по дешевке