Луга и окрестности. Из истории населенных мест Лужского района

В архитектурном отношении проект Тейха далек от распространенного в конце XIX в. «русского стиля» с обилием декора в технике пропильной резьбы. Здесь больше чувствуется связь с архитектурой приближающегося нового времени, постройками 1900–1910-х гг.

На проектных чертежах церковь представляет собой уравновешенно-статичную композицию, основой планировки которой является вытянутый прямоугольник. Центральный шатер с четырьмя слуховыми окнами помещен на восьмигранном барабане, установленном на невысоком четверике. Четверик окружают угловые башенки, равные с ним по высоте и завершающиеся малыми шатрами. Стены храма Тейх предполагал обшить горизонтальной вагонкой, за исключением подкарнизного пояса и треугольного верха над западным входом, отмеченного крестообразным окном.

По каким-то причинам проект церкви в «Лидино» Ф. И. Жербиным представил на утверждение в Губернское правление лишь в 1893 г., то есть спустя пять лет после его разработки Н. Тейхом.

Закладка церкви состоялась в 1894 г. Ее строительство шло очень медленно, завершившись только в 1899 г. В тот же год, 12 августа, храм освятили и приписали к приходской Георгиевской церкви в с. Перечицы.

Строительство церкви сопровождалось изменениями ее первоначального проекта. Северный и южный эркеры вместо пятигранных получили трехгранные объемы, что понизило жесткость конструктивного решения церкви. В подалтарной части церкви устроили каменную крипту – усыпальницу, где была погребена умершая в 1897 г. жена генерала Лидия Михайловна Жербина. Улучшили освещение церковных интерьеров за счет освобождения окон центрального барабана от затемнявших их глубоких ниш-распалубок. Но особую важность представляет изменение пропорционального строя храма. При сохранении общей композиции первоначального проекта церковный объем получил отчетливую устремленность ввысь за счет увеличения высоты узких барабанов и верхов луковичных главок.

Некоторые исследователи считают, что изменения в проект внес архитектор Н. В. Дмитриев, автор церквей в Каменке и Перечицах, который завершил строительство обоих храмов как раз в 1893–1894 гг. Возможно, что сам Н. Тейх и порекомендовал Жербину Н. В. Дмитриева, своего соавтора по возведению одного из столичных объектов.

Толмачево. Спасо-Преображенская церковь. Фото 1900-х гг.

Есть также мнение, что за строительством наблюдал лично генерал Ф. И. Жербин, который и произвел конструктивную переработку проекта.

Церковь возвели на земле, отмежеванной в 1895 г. из имения «Лидино» в виде узкой полосы, идущей по левому берегу Песьего (Черного) ручья. Отмежеванный участок получил название «Жербинка». Ныне его ограничивают улицы Свободы и Парковая. Церковь поставили в начале участка, у дороги к железнодорожной станции, но так, чтобы вход в нее вел из глубины участка.

Толмачево. Спасо-Преображенская церковь. Иконостас. Фото 1900-х гг.

Вторым браком Ф. И. Жербин был женат на Ольге Ивановне, урожденной Княжевич. В 1902 г. он составляет духовное завещание – документ, имеющий непосредственное отношение к судьбе церкви и имения, а также семейных портретов.

Согласно завещанию, Лидино и Жербинка становятся собственностью О. И. Жербиной (Княжевич). При этом генерал завещал часть своего капитала для построенной им в имении «Лидино» («Жербинка») «церкви Преображения Господня со склепом-усыпальницей Жербиных под церковью».

Проценты с капитала должны были идти на ремонт и содержание храма, на поминовение тех, кому суждено будет покоиться в семейной усыпальнице, на неугасимую лампаду.

Ф. И. Жербин предусмотрел средства и на будущий капитальный ремонт церкви, проведение которого он определил через 60-летний срок, то есть к началу 1960-х гг.

Отдавая дань благотворительности, владелец «Лидино» предусмотрел создание специального фонда «на устройство при церкви Сиротского дома… с тем, чтобы в этом Сиротском доме принимались сироты, круглые предпочтительно и преимущественно Лужского уезда». Открытие дома для сирот, который должен был называться именем генерал-лейтенанта Жербина, намечалось также через 60 лет на проценты с оставленных ценных бумаг. В нем должно было воспитываться «не менее как 20 сирот».

В специальном пункте завещания оговаривалась и судьба фамильных портретов. «Три жанровых портрета работы художника Павла Андреевича Федотова: генерал-майора Сергея Сергеевича Крылова, матери моей Марии Ивановны и мой с сестрой Ольгой (детьми) оставляю я по смерти жены моей в дар Русскому музею императора Александра III». Портреты в музей передал пасынок Ф. И. Жербина, капитан генерального штаба Дмитрий Максимович Княжевич.