Маадай-Кара. Алтайский героический эпос

Однако этого вполне достаточно, чтобы говорить о большом сходстве содержания сказания «Кан-Пюдей» с «Маадай-Кара» и о ценности записи, сделанной в XIX в., для установлении сохранности сказания, записанного в наше время, через сто лет после первой записи.

Сходство следующего сказания более отдаленное. Но, несомненно, и оно примыкает к данной сюжетной группе эпических произведений. Это —сказание «Алтын-Мизе» (или «Алтын-Бизе»). Впервые сказание под этим названием было записано в 1914 г. Н.Я.Никифоровым от сказителя Чолтыша Куранакова, жившего на берегу р. Катуни, в селении Аскат, и опубликовано в «Аносском сборнике» Г.Н.Потаниным[159]. Затем, уже в советское время, в начале 40-х годов сказание под таким названием записал П.В.Кучияк от Н.У.Улагашева (сохранился лишь подстрочный перевод на русский язык). В 1960 г. С.С.Суразаков записал от сказительницы из племени туба Е.К.Таштамышевой сказание «Алтын-Бизе» (опубликовано на алтайском и русском языках[160]).

Сюжет «Алтын»Бизе» излагается по варианту Таштамышевой В нем так же, как и в «Маадай-Кара», рассказывается о нападении злого хана на стойбище героя и подвигах молодого богатыря, выступившего против него, чтобы освободить уведенный в рабство народ. В «Маадай-Кара» молодой богатырь освобождает из рабства прежде всего своих родителей, а вместе с ними народ и скот. В «Алтын-Бизе» старые родители богатыря, пощаженные врагами, остаются на своей земле и вскоре умирают. Спрятанному во время нападения врагов и выросшему богатырем Алтын-Бизе остается лишь освободить народ и скот. Однако миссию освобождения выполняет не герой, а конь — покровитель рода. Во время поездки Алтын-Бизе на землю совершивших набег семи братьев Кюндуков ему на пути встречается рыжий жеребец с семью клыками — покровитель его рода, который, собрав весь плененный народ и скот на хвост и гриву, возвращался домой, убежав от семи Кюндуков. Алтын-Бизе едет дальше лишь для того, чтобы наказать обидчиков.

В отличие от «Маадай-Кара», в котором богатырь сначала освобождает родителей и народ, а затем уже женится, в «Алтын-Бизе», наоборот, богатырь сначала добывает невесту — дочь Солоны-Каана, а затем уже отправляется в страну семи Кюндуков. Причем последний сюжет в «Алтын-Бизе» усложнен. Молодой богатырь узнает, что у семи Кюндуков есть младшая сестра — красавица Аян-Ару, которую шесть Сибаров сватают за своего младшего брата Алтын-Буудука. Девица, оказывается, была предназначена судьбой для Алтын-Бизе. Аян-Ару, дожидаясь, уже отчаялась его увидеть. Но он своевременно является и вступает в борьбу с соперником-женихом и его братьями и братьями Аян-Ару. Таким образом, месть обидчикам постепенно превращается в сюжет героического сватовства за вторую невесту.

Хотя Алтын-Бизе сам непосредственно не выступает в роли освободителя уведенного в рабство народа, как это делает молодой богатырь в «Маадай-Кара», тем не менее данное сказание также весьма близко к «Маадай-Кара», особенно в его первой части. Об этом свидетельствует совпадение многих узлов сюжета первой части: рождение будущего богатыря от престарелых родителей, нападение врага во время его младенчества, прятанье младенца на вершине горы (в «Маадай-Кара» — под четырьмя березами, в «Алтын-Бизе» — в молочном озере), появление старухи или старика (духа родной земли)— кормильцев и пестунов младенца-богатыря, помогающих ему впоследствии найти боевого коня и боевые доспехи.

Из сказанного напрашивается вывод: первая часть сюжета «Маадай-Кара» является общим исходным пунктом ряда алтайских сказаний на тему борьбы с нападением злых ханов. Во второй части сюжеты могут расходиться, и каждое сказание дальше часто развивается своим путем.

Фантазия сказителей развивала исходный сюжет по-разному, создавая разнообразные варианты приключений молодого богатыри — освободителя угнанных во вражеский плен людей. Но основной сюжет — нападение чужих ханов и месть молодых богатырей — остается главным, обобщающим моментом, и этот-то сюжет в разных сказаниях и развертывается сходным образом.

С.С.Суразаков

ОБ АЛТАЙСКОМ КАЕ

По вопросу о музыкальной жизни народов Сибири мы находим краткую, но весьма выразительную информацию в Сибирской советской энциклопедии: «Музыка и музыкальные инструменты народов Сибири до настоящего времени мало изучены, марксистских исследований нет. Первая запись песен турецких народностей Южной Сибири принадлежит И.Гмелину, участнику первой академической экспедиции, в Сибирь (1733—43). Музыкальные записи приведены в III т. его труда "Reise durch Sibiricn", Gottingen, 1752 г.»[161].