Магический мир. Введение в историю магического мышления

Этот столп обладает некоторыми характеристиками, которые позволяют отнести его к хорошо известной категории центров мира (космические оси и горы, древо мира), и обретает, в мифе Акильпа, роль центра сообщения между разными космическими плоскостями (в самом деле, по столпу Нумбакулла взбирается к своему поселению, то есть на небо): но, скорее всего, он также представляет собой основание, на котором зиждется небесный свод[473]. Центры мира не являются центрами мира в геометрическом смысле: они могут избегать центра территории и подвержены многочисленным передвижениям. Даже Ламбуркна не является центром с точки зрения территории племени, и представляет собой мифический центр, кочующий в форме различных тотемических локальных центров, а столп kauwa-auwa это ось мира, присущая не только Ламбуркна, но и другим территориям.

В целом, в связи с темой сообщения между разными космическими плоскостями, центрам мира присваивается особенная важность. Их установка является нормальным явлением в эпоху мифа, но выходят из ряда вон и становится привилегией отдельных индивидуумов после завершения периода основания[474]. Миф Акильпа об организации космоса, которая отталкивается от центра, но и перемещается по отношению к этому центру, намекает о еще одном важном аспекте. Столп kauwa-auwa в традиции Акильпа связан с церемонией engwura: как в первоначальной engwura, так и в тех, что следуют за мифическими кочеваниями, в центре ритуала находится столп. В их походе с юга на север объединения Акильпа, вступив на территорию Аранда, сажают столп и празднуют engwura, где бы они ни оказались, хоть и на время. Во время кочевания на племенной территории одно из объединений Акильпа, прибыв в зону под названием Итука-интура, отпраздновало engwura и потом наклонило kauwa-auwa в направлении следующий цели путешествия[475]. Во время остановки в одной из других местностей под названием Окиньюмпа старый вождь неосмотрительно сломал столп, пытаясь вытащить его из земли, по всей видимости, после празднования engwura; Акильпа, составлявшие мифическое объединение, были сильно встревожены, и после этого недолго кочевали со своим сломанным kauwa-auwa, и добравшись до местности под именем Уньякерта, где они встретили людей другого тотема, они слишком устали и были слишком огорчены, чтобы наряжаться и праздновать engwura, их столп не шел ни в какое сравнение со столпом местного племени, и поэтому они его не воздвигли, скучились все вместе на земле и позволили себе умереть[476].

Элементы мифа указывают нам на функцию столпа kauwa-auwa: искупление территориальной тревоги кочующего человечества – вставлять в землю столб kauwa-auwa в каждом новом приюте и праздновать engwura – значит перемещать центр мира и обновлять с помощью церемонии акт основания, произошедший in ille tempore. Таким образом, «новое место» выводится за пределы своей устрашающей историчности, своей рискованной хаотичности, и становится повторением того же самого абсолютного пространства, центра, в котором однажды, во время, превосходящее все последующие, мир был гарантирован. В кочевании с юга на север объединений Акильпа столп kauwa-auwa исполнял задачу деисторификации кочевания: Акильпа, благодаря своему столпу, шли, не удаляясь от центра. В критические моменты, когда историчность новой местности заявляла о своем устрашающем присутствии, они направляли ось мира в сторону следующей цели, и таким образом, центр, так сказать, поглощал новое направление, и перемещение искупалось нахождением в центре, а парализующая тревога побеждалась, или, по крайней мере, успокаивалась[477]. Если столп ломался, территориальная тревога бушевала без возможности искупления: после трагического события племени Окиньюмпа, когда старый Окниррабата сломал kauwa-auwa, объединение Акильпа вступило в решительный кризис: они должны были кочевать без центра, что было бы для них настоящим экзистенциальным абсурдом. Перелом мировой оси вернул этих людей Акильпа во власть истории, то есть во власть исторической реальности кочевания, возвращение было таким невыносимым, что выпустило на волю их тревогу. С трудом добравшись до Уньякерта, пред лицом людей, принадлежавших другому тотему, они не нашли в себе сил наряжаться для того, чтобы провести церемонию основания, скучившись на земле от удушающей тревоги.