Нравы были типичными для шайки грабителей. Но главарь банды никогда не признает своей вины, в противном случае он сам лишится своей головы. Можно только предположить, что эти жалобщики прожили совсем не долго, до первой стычки со «скупцами». Индра, не церемонившийся с врагами, легко мог и сам отрубить голову любому, и не всегда это было в пылу схватки.
Ригведа ?. 20. 6.
«Этот бог, прославленный под именем Индры,
Поднялся ради человека, самый удивительный.
Он, победитель, отсек саму голову
У дасы Аршасаны, (Индра) самосущий».
Ригведа ?. 30. 7,8.
«Ты с самого рожденья полностью разгромил хулителей,
Поощряя дар, о щедрый, когда ты радовался корове.
(Это было) тогда, когда ты пустил катиться голову
Дасы Намучи, ища выхода для Ману.
«Ты ведь сделал меня союзником» — но (ты), о Индра,
Размахивая головой дасы Намучи,
(Бросил ее катиться), как с шумом падающий камень.
Две половины вселенной, словно колесо, (подкатили ее) к Марутам».
Иногда это было вызвано стремлением шокировать врага в схватке. Но вполне вероятно, чаще всего сам брахман-заказчик требовал от исполнителя веское свидетельство смерти своего врага. Большее число упоминаний убийств дасов и дасью, по сравнению с ариями объяснить несложно. Арии завоевали страну и были хозяевами положения, и, кроме того, были хорошо вооружены и могли за себя постоять. Большинство местного населения — «черная кожа» — получило от новой власти освобождение от обязательных жертвоприношений и даров брахманам. Для них эта чужестранная власть оказалась более родной и близкой, чем местная. Но жрецы оказались «вне штата», теперь они были никому не нужны, поскольку сами не работали, не создавали никаких ценностей и находились прежде на иждивении местного населения. Речь шла об их выживании, они жили, по их словам, «словно без надежды». Но, обнаружив Индру с его жадностью и беспринципностью и спровоцировав его на убийство отца, брахманы поняли, что они спасены. Теперь все зависело от того, как долго и эффективно они смогут воспользоваться такой ситуацией.
Индра с группой наемников-марутов угрозами, шантажом, террором заставили
«черную кожу», то есть простой трудовой народ — земледельцев, скотоводов, ремесленников — платить дань брахманам. Несогласных жителей городов и сел убивали. Местное население оказалось в шоковом состоянии, ведь Индра и маруты были ариями, а действовали в интересах местных жрецов. Кому же доверять, кому подчиняться? Власти, распоряжениям поставленных еще Вритрой администраторов, или банде разбойников, не признающих никакие законы. Ведь арии были и среди тех, и среди других. Главарем шайки грабителей был сын погибшего правителя страны! Как всегда в подобных случаях, простому неграмотному населению угрозы бандитов кажутся более опасными, чем законы правителей. Ведь бандиты действуют без правил и могут настигнуть мирного жителя даже в самом защищенном месте — в его доме. А здесь ему не помогут и свои стены. Неграмотность, забитость населения и словесный шантаж брахманов (вспомним, чего стоят только постоянные напоминания их о возможности проклясть неугодного), угрожающих карами со стороны богов, сыграли значительную роль в этой репрессивной кампании против «не приносящих жертв». Этот страх перед ариями-разбойниками Индры распространился и на обычных ариев-скотоводов — их стали бояться. Теперь с каждым часом недовольство завоевателями росло. Успех брахманов был предрешен. «Слава» Индры росла вместе с грудами награбленного добра.
Ригведа ?. 61. 3,4,8 — 10,14.
«Это ему эту высшую, завоевывающую солнце
Похвалу я возношу устами,
Чтобы молитвенными призывами, удачными речами,
Усилить самого щедрого господина.
Это ему я слагаю хвалу,
Как плотник (делает) колесницу, тому, кто вознаграждает,
И хвалебные песни с удачными речами, Индре, плененному
хвалебными песнями,
Все, приводящую в движение (хвалу) — мудрому .
Это ему даже жены, супруги богов,
Индре, соткали песню при убийстве змея.
Он охватил небо и землю, обоих широких.
Его величия они не объемлют.
Это его величие выходит за пределы
Неба, земли, воздушного пространства.
Индра-самодержец в доме (своем), всеми воспетый,
Прекрасный (убийца) врагов (?), неистовый, он усилился
для битвы.
Это только своей мощью шипящего
Вритру Индра разрубил ваджрой.
Как запертых коров, он освободил реки,
(Стремясь) навстречу славе, согласный дарить.
Это в страхе перед его рождением
Дрожат твердые горы, небо и земля.
Громко призывая (защищающую) длань провидца,
Нодхас сразу стал готовым к подвигу».