Этот кадр открывает финальное действие фильма. В жизни молодого человека прошло восемь лет, и режиссер не оставляет сомнений в том, что он выполнил свое обещание, показывая его в одиночестве в сером, пустом мире, раздавленном небом. Его телефон, поцарапанный, изношенный и поврежденный, кажется пережитком прошлого в реальности, где стали электронными даже газеты. Это устаревший предмет, но в то же время нечто ценное, и его звонок знаменует финал – эмоциональное напряжение, наполняющее смыслом все темы «Голоса». Спустя восемь лет ожидания письмо, полученное Нобору, оказывается неполным. Большая его часть была потеряна в космосе, и послание, которому он посвятил свою жизнь, приходит лишь частично. Несмотря ни на что, он все же называет это «чудом». Несмотря на расстояние, это письмо открывает длинное перечисление того, чего Микако не хватает на «ложной Земле». Перечисление, в котором они сменяют друг друга, один завершает предложения другого. С помощью монтажа Синкай восстанавливает утраченное послание, возвращая ему голос. В этом и заключается головокружительная красота этого отрывка. Микако говорит о том, чего ей не хватает, Нобору – о том, чем бы он хотел с ней поделиться, и каждый раз это одно и то же. Восемь световых лет друг от друга, а их желания по-прежнему совпадают. Магия кино сводит героев снова, позволяя чуду свершиться. Их мысленный диалог преодолевает расстояние, и из тех двух обрывочных строк послания, которые получил Нобору, рождается разговор. Настоящая связь, основанная на мелочах: летние облака, дождь, бьющий по зонтику, запах мокрого асфальта и ветра, открытый ночью конбини… Все, что в начале фильма для одного казалось грустным обещанием разлуки, в конце превращается в следы Другого, в способ вспомнить его, «преодолеть время и расстояние». Это абсолютный триумф любви, которая способна пережить все, которая больше не является тюрьмой, а, напротив, чем-то очень освежающим, что вновь наполняет мир энергией, возвращая ему красоту, которой его лишила разлука. Фильм заканчивается фразой, произнесенной в унисон двумя героями: «Я здесь» – последний знак неотъемлемой связи между ними, и, прежде всего, знак общей почвы, где они всегда смогут найти друг друга, несмотря на расстояние, – той, что связана с их воспоминаниями.
Ранее мы говорили, что в отличие от персонажей сэкай-кэя, Нобору не отстранился от мира. Более того, он вступил в космический флот. Он не замкнулся в себе, а, наоборот, стал вкладывать себя в жизнь и учебу, и, судя по фильму, делал это успешно. Таким образом, его любовь стала движущей силой, которая привела его к тому, чтобы обуздать этот мир. Конечно, он эмоционально одинок, и единственная фигура, которую мы видим рядом с ним в отсутствие Микако, сводится к тени, от которой он вскоре избавляется. Но он не смиряется с поражением, а активно ищет способы преодолеть расстояние, и вступление в космический флот – яркое тому подтверждение. Это дарит «Голосу» богатство интерпретации. Хотя очевидно, что «Голос» – это прежде всего история любви, которой мешает и которую делает невозможной война (можно ли считать Синкая пацифистом?) или, по крайней мере, эксплуатация детей в интересах взрослых, это также история любви, преодолевающей расстояние и продолжающей существовать благодаря памяти и кинематографическим приемам, придающим ей постоянство. Но в каком-то смысле это еще (и это интересно, поскольку в фильме упоминается Агарта) то подземное царство, которое в «Ловцах забытых голосов» ассимилировано с царством мертвых, своего рода траурный фильм. «Голос» можно рассматривать как историю о том, как двое молодых людей учатся жить друг без друга. В случае Нобору это обучение не завершено, и, по крайней мере, эмоционально, траур не состоялся: он продолжает жить памятью девушки, а его старый телефон становится настоящей реликвией в почти христианском смысле этого слова, как бы святыми мощами прошлого. Но его активная деятельность в карьере показывает, что, несмотря на преграды, горе не разрушило Нобору и он использует его для движения вперед, а отсутствие любимого человека рядом ставит его на путь к истине.
Судьба Микако, пожалуй, еще интереснее. Она – персонаж, который идет вперед. Она толкает себя все дальше и дальше на территорию, которую исследует первой. Иначе говоря, она не осталась в плену своей любви и, несмотря на влечение к Нобору, решила уйти с полным осознанием всего этого. Конечно, это очень больно, ведь она многое потеряла, но боль не помешала, и вместо всего, что она оставила позади, героиня, как утверждает встреченный ею тарсианин, приобрела другое. Что же касается того, что она потеряла, то это не полная утрата, поскольку оно продолжает существовать в ее памяти. Микако – персонаж, чье изгнание сделало ее глубже и многограннее, хотя и досталось дорогой ценой.