Механизм преступного насилия

Рафаэль в 25 лет женился на Л. По отзывам близких людей, он очень сильно любил свою жену, но сексуальные отношения между ними полностью отсутствовали[778]. Прошло 6 лет. Встал вопрос о разводе. Накануне Рафаэль был угнетен, подавлен, пытался силой овладеть женой. Л. отправлялась в другой город поступать в аспирантуру и уже села в поезд. Рафаэль зашел в вагон поезда, где находилась Л., выбросил чемодан с вещами жены в окно, обнажился и стал онанировать…

Врачами был поставлен диагноз – шубообразная параноидная шизофрения…. Прошло еще 3 года. Ситуация с женой не нормализовалась. Накануне инцидента Рафаэлю всю ночь снились кошмары. Утром он встал с неодолимым желанием убить жену. Взяв нож, он пошел домой к жене. Постучал в дверь. Когда она ее открыла, Рафаэль достал из кармана нож и, ничего не говоря, нанес удар в грудь. Нож вынимать не стал, закрыл дверь и убежал. Привлекался к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 105, ч. 3 ст. 30 УК РФ за покушение на убийство. Судом признан невменяемым. Ему назначили принудительные меры медицинского характера[779].

С психологической стороны ситуация ясна. Нереализованная сексуальная потребность создала очаг напряженности, который постоянно усиливался, вызывая тревожное состояние. В силу определенных сформировавшихся у Рафаэля стереотипов поведения возникла угроза лишиться смысловых составляющих его бытия. Страх утраты усиливал тревожное состояние Рафаэля и приводил к навязчивым состояниям. Возникающее же при этом напряжение требовало своего выхода.

Таким образом, агрессивное поведение человека можно рассматривать как проявление инстинкта самосохранения, направленного на освобождение от отрицательной энергии, переполняющего человека, во избежание вреда своему здоровью или даже жизни.

Как отмечают исследователи Б. Д. Петраков и Б. Д. Цыганков, доля психологического перенапряжения, как одного из факторов риска, определяющего общее и психическое здоровье человека, может достигать 53 %[780]. Причинами перенапряжения могут быть внутренние желания, которые по разным мотивам, не всегда разумным, не реализуются индивидом. Причины создания семейной напряженности в семье Рафаэля не исследовались. Видимо, никто не считал его страдания достойными внимания.

Судебно-медицинский эксперт заключил, что у Рафаэля имеется заболевание в виде «синдрома психического автоматизма с бредовыми идеями воздействия и псевдогаллюцинациями с дальнейшим усложнением симптоматики, деформированием отчетливого эмоционально-волевого дефекта (монотонность, голодность, аморфность мышления)». Определение заболевания звучит выразительно, но замечание эксперта, что оно появилось в молодом возрасте «без видимого повода» наводит на мысль, что причины его появления никто не изучал и потому «не видел».

Проблемы поведения человека в настоящем могут быть поняты сквозь призму его прошлых психических травм. По мнению Ц. П. Короленко и Н. В. Дмитриевой, «специалистами чаще декларируется, чем исследуется значение семейных отношений в возникновении невротических нарушений»[781]. Соответственно путей преодоления тревожного состояния Рафаэлю и разрешения его проблем никем не предлагалось. Может быть и потому, что специалисты не имели конструктивного способа лечения. Применение же медицинских мер в виде седативных веществ, транквилизаторов или шоковой терапии может разряжать психическое напряжение, но причины его возникновения не устраняет. В результате острый психоз со временем неизбежно превращается в хронический с вытекающими отсюда последствиями.