Memento mori. История человеческих достижений в борьбе с неизбежным

Али Маоу Маалин, больничный повар и медицинский работник в городе Марке, Сомали, был последним человеком в мире, который заразился оспой естественным путем, когда он сопровождал двух пациентов в десятиминутном пути от больницы до местного отделения по лечению оспы в 1977 году. В Сомали было особенно сложно работать в то время, так как большая часть его населения были кочевниками. С целью исключения возможной вспышки оспы в Марке были приняты масштабные меры: был выявлен 161 человек, с которыми контактировал Маалин, сорок один из которых не был вакцинирован. Все лечились вместе со своими семьями и находились под наблюдением в течение шести недель. Больница в Марке была закрыта для новых пациентов, весь ее персонал был вакцинирован, а лежащие там пациенты оставались в ней. Жители той части города, где проживал Маалин, были вакцинированы, и во всем городе шел поиск новых случаев. Полиция не позволяла никому покидать город и вакцинировала вновь прибывших, если они не были недавно привиты. Всего за две недели после постановки диагноза Али Маалину было вакцинировано 54 777 человек. Последней умерла шестилетняя девочка по имени Хабиба Нур Али. Она была членом семьи, с которой встречался Маалин. Усилия по сдерживанию оспы сработали, и 17 апреля 1978 года ВОЗ смогла объявить: «Поиски завершены. Новых случаев не обнаружено. Али Маоу Маалин — последний известный в мире случай заболевания оспой». Два года спустя и почти через 200 лет после Дженнера ВОЗ объявила, что мир избавился от оспы, что, возможно, представляет собой самое большое достижение в области международного общественного здравоохранения.

В 2018 году Управление по контролю за пищевыми продуктами и лекарственными средствами США (FDA) одобрило первый препарат для лечения оспы у людей под названием TPOXX[136]. Однако, учитывая, что оспа, к счастью, исчезла, зачем фармацевтической компании разрабатывать лекарство от нее? Потому что, как это ни ужасно, оспа может вернуться. Во-первых, потому что последовательность ДНК вируса находится в открытом доступе, и с помощью современных химических технологий вполне возможно синтезировать и массово производить вирус. Это типичный сюжет для триллера. Возможно, удастся даже создать еще более смертоносный вариант. А во-вторых, потому что сам вирус все еще существует. Как известно, он хранится в Центре по контролю и профилактике заболеваний США в Атланте, штат Джорджия. Возможно, существуют и другие секретные хранилища. Вирус может случайно заразить работника в этих центрах (как это произошло в Бирмингеме, Англия, в 1978 году, когда работник лаборатории умер после случайного контакта с вирусом) или даже быть выпущен преднамеренно. Наконец, неизмененный вирус может присутствовать в замороженных трупах в Арктике. Близкий контакт с недавно оттаявшим телом может вызвать повторное заражение. Все это показывает, что мы никогда не сможем полностью забыть о болезни, которая уже убила сотни миллионов людей.

Чтобы лекарство было одобрено, обычно нужно показать, что оно действует на инфицированных людей по сравнению с контрольной группой, которой дают плацебо. Поскольку ни один человек не болел оспой уже в течение сорока лет, и было бы по меньшей мере неэтично намеренно заражать кого-то, чтобы увидеть, действует ли лекарство, TPOXX никогда не тестировался на людях. Поэтому FDA предприняло необычный шаг, одобрив TPOXX, когда было доказано, что он действует на обезьян и кроликов, инфицированных обезьяньей оспой и кроличьей оспой.

История оспы имеет огромное значение по нескольким причинам. Совершенно очевидно, что ужасная болезнь, унесшая жизни 400 миллионов человек в XX веке, теперь исчезла. Успех программы ВОЗ по ликвидации оспы показал, что смертельную болезнь можно уничтожить только в сотрудничестве со всем миром. Оспа остается единственной болезнью, в отношении которой был достигнут такой результат, хотя мы уже близки к нему в отношении полиомиелита, который сейчас присутствует только в Афганистане и Пакистане[137]. Наконец, была доказана ценность вакцинации, при которой воздействие легкой формы заболевания или частей инфекционного микроба или вируса стимулирует выработку антител, чтобы организм был готов бороться с будущей инфекцией. Как только вакцина разработана, ее массовое производство и применение становятся дешевыми, простыми и высокоэффективными.

Несмотря на блестящую работу Джести и Дженнера, она не имела продолжения на протяжении более пятидесяти лет. Идея заразиться одной болезнью, чтобы предотвратить заражение другой, похоже, не выходила за рамки коровьей и натуральной оспы. Только в 1870-х годах французский микробиолог Луи Пастер развил это направление, используя убитые или ослабленные патогены для защиты от сибирской язвы и бешенства.