Читаем Мяч, оставшийся в небе. Автобиографическая проза. Стихи полностью

Яхты       и пароходы ушли куда-то.Видишь? —                по горизонту они прошли,Так же          как по натянутому канатуВ цирке            канатоходцы пройти могли.
Словно          за горизонтом обрыв отвесный —Пропасть!              И пароходы идут, скользя,Робко         и осторожно держась над бездной,Помня,          что оступаться туда нельзя.
Ты же         так хорошо это море знаешь,И песни,            песни                    про эту пропасть поёшь, поёшь…Что ж ты             за горизонтом не исчезаешь?
Что ж ты             за пароходами не плывёшь?Видишь? —                канатоходцами по канатуСнова        по горизонту они прошли, —Снова —            в Константинополь, Суэц, Канаду…Снова —           по краю моря на край земли.
Снова —            в Константинополь, Суэц, Канаду,Снова —           по краю моря на край земли.1961

Караван

Мой караван шагал через пустыню,Мой караван шагал через пустыню,Первый верблюд о чём-то с грустью думал,И остальные вторили ему.
И головами так они качали,Словно о чём-то знали, но молчали,Словно о чём-то знали, но не знали:Как рассказать,                      когда,                               зачем,                                        кому…
Змеи шуршали среди песка и зноя…Что это там? что это там такое? —Белый корабль, снастей переплетенье,Яркий флажок, кильватер голубой…
Из-под руки смотрю туда, моргая:Это она! Опять — Фата-Моргана!Это её цветные сновиденья,Это её театр передвижной!
Путь мой далёк. На всём лежит истома.Я загрустил: не шлют письма из дома…«Плюй ты на всё! Учись, брат, у верблюда!» —Скажет товарищ, хлопнув по плечу,
Я же всердцах пошлю его к верблюду,Я же — всердцах — пошлю его к верблюду:И у тебя учиться, мол, не буду,И у верблюда — тоже не хочу.
Друг отошёл и, чтобы скрыть обиду,Книгу достал, потрёпанную с виду,С грязным обрезом, в пёстром переплёте, —Книгу о том, что горе — не беда…
…Право, уйду! Наймусь к Фата-Моргане:Стану шутом в волшебном балагане,И никогда меня вы не найдёте:Ведь от колёс волшебных нет следа.
…Но караван всё шёл через пустыню,Шёл потому, что горе — не беда.1961

Братья капитаны

В закатных тучах красные прорывы.Большая чайка, плаваний сестра,Из красных волн выхватывает рыбу,Как головню из красного костра.
Двумя клинками сшиблись два теченья,—Пустился в пляску яшик от сигар,И, как король в пурпурном облаченье,При свете топки красен кочегар.
        Мы капитаны, братья капитаны,        Мы в океан дорогу протоптали,        Мы дерзким килем море пропороли        И пропололи от подводных трав,
        Но кораблям, что следуют за нами,        Придется драться с теми же волнами        И скрежетать от той же самой боли,        О те же скалы рёбра ободрав.
На что, на что смышлён весёлый лоцман,—Но даже он стирает пот со лба:Какую глубь еще покажет лот нам?Какую даль — подзорная труба?
Перейти на страницу:

Все книги серии Библиотека мемуаров: Близкое прошлое

Жизнь на восточном ветру. Между Петербургом и Мюнхеном
Жизнь на восточном ветру. Между Петербургом и Мюнхеном

Автор воспоминаний, уроженец Курляндии (ныне — Латвия) Иоганнес фон Гюнтер, на заре своей литературной карьеры в равной мере поучаствовал в культурной жизни обеих стран — и Германии, и России и всюду был вхож в литературные салоны, редакции ведущих журналов, издательства и даже в дом великого князя Константина Константиновича Романова. Единственная в своем роде судьба. Вниманию читателей впервые предлагается полный русский перевод книги, которая давно уже вошла в привычный обиход специалистов как по русской литературе Серебряного века, так и по немецкой — эпохи "югенд-стиля". Без нее не обходится ни один серьезный комментарий к текстам Блока, Белого, Вяч. Иванова, Кузмина, Гумилева, Волошина, Ремизова, Пяста и многих других русских авторов начала XX века. Ссылки на нее отыскиваются и в работах о Рильке, Гофманстале, Георге, Блее и прочих звездах немецкоязычной словесности того же времени.

Иоганнес фон Гюнтер

Биографии и Мемуары / Документальное
Невидимый град
Невидимый град

Книга воспоминаний В. Д. Пришвиной — это прежде всего история становления незаурядной, яркой, трепетной души, напряженнейшей жизни, в которой многокрасочно отразилось противоречивое время. Жизнь женщины, рожденной в конце XIX века, вместила в себя революции, войны, разруху, гибель близких, встречи с интереснейшими людьми — философами И. А. Ильиным, Н. А. Бердяевым, сестрой поэта Л. В. Маяковской, пианисткой М. В. Юдиной, поэтом Н. А. Клюевым, имяславцем М. А. Новоселовым, толстовцем В. Г. Чертковым и многими, многими другими. В ней всему было место: поискам Бога, стремлению уйти от мира и деятельному участию в налаживании новой жизни; наконец, было в ней не обманувшее ожидание великой любви — обетование Невидимого града, где вовек пребывают души любящих.

Валерия Дмитриевна Пришвина

Биографии и Мемуары / Документальное
Без выбора: Автобиографическое повествование
Без выбора: Автобиографическое повествование

Автобиографическое повествование Леонида Ивановича Бородина «Без выбора» можно назвать остросюжетным, поскольку сама жизнь автора — остросюжетна. Ныне известный писатель, лауреат премии А. И. Солженицына, главный редактор журнала «Москва», Л. И. Бородин добывал свою истину как человек поступка не в кабинетной тиши, не в карьеристском азарте, а в лагерях, где отсидел два долгих срока за свои убеждения. И потому в книге не только воспоминания о жестоких перипетиях своей личной судьбы, но и напряженные размышления о судьбе России, пережившей в XX веке ряд искусов, предательств, отречений, острая полемика о причинах драматического состояния страны сегодня с известными писателями, политиками, деятелями культуры — тот круг тем, которые не могут не волновать каждого мыслящего человека.

Леонид Иванович Бородин

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Партер и карцер. Воспоминания офицера и театрала
Партер и карцер. Воспоминания офицера и театрала

Записки Д. И. Лешкова (1883–1933) ярко рисуют повседневную жизнь бесшабашного, склонного к разгулу и романтическим приключениям окололитературного обывателя, балетомана, сбросившего мундир офицера ради мира искусства, смазливых хористок, талантливых танцовщиц и выдающихся балерин. На страницах воспоминаний читатель найдет редкие, канувшие в Лету жемчужины из жизни русского балета в обрамлении живо подмеченных картин быта начала XX века: «пьянство с музыкой» в Кронштадте, борьбу партий в Мариинском театре («кшесинисты» и «павловцы»), офицерские кутежи, театральное барышничество, курортные развлечения, закулисные дрязги, зарубежные гастроли, послереволюционную агонию искусства.Книга богато иллюстрирована редкими фотографиями, отражающими эпоху расцвета русского балета.

Денис Иванович Лешков

Биографии и Мемуары / Театр / Прочее / Документальное

Похожие книги

Отцы-основатели
Отцы-основатели

Третий том приключенческой саги «Прогрессоры». Осень ледникового периода с ее дождями и холодными ветрами предвещает еще более суровую зиму, а племя Огня только-только готовится приступить к строительству основного жилья. Но все с ног на голову переворачивают нежданные гости, объявившиеся прямо на пороге. Сумеют ли вожди племени перевоспитать чужаков, или основанное ими общество падет под натиском мультикультурной какофонии? Но все, что нас не убивает, делает сильнее, вот и племя Огня после каждой стремительной перипетии только увеличивает свои возможности в противостоянии этому жестокому миру…

Александр Борисович Михайловский , Мария Павловна Згурская , Роберт Альберт Блох , Айзек Азимов , Юлия Викторовна Маркова

Биографии и Мемуары / История / Фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы / Образование и наука
Русская печь
Русская печь

Печное искусство — особый вид народного творчества, имеющий богатые традиции и приемы. «Печь нам мать родная», — говорил русский народ испокон веков. Ведь с ее помощью не только топились деревенские избы и городские усадьбы — в печи готовили пищу, на ней лечились и спали, о ней слагали легенды и сказки.Книга расскажет о том, как устроена обычная или усовершенствованная русская печь и из каких основных частей она состоит, как самому изготовить материалы для кладки и сложить печь, как сушить ее и декорировать, заготовлять дрова и разводить огонь, готовить в ней пищу и печь хлеб, коптить рыбу и обжигать глиняные изделия.Если вы хотите своими руками сложить печь в загородном доме или на даче, подробное описание устройства и кладки подскажет, как это сделать правильно, а масса прекрасных иллюстраций поможет представить все воочию.

Геннадий Яковлевич Федотов , Владимир Арсентьевич Ситников , Геннадий Федотов

Биографии и Мемуары / Хобби и ремесла / Проза для детей / Дом и досуг / Документальное
12 Жизнеописаний
12 Жизнеописаний

Жизнеописания наиболее знаменитых живописцев ваятелей и зодчих. Редакция и вступительная статья А. Дживелегова, А. Эфроса Книга, с которой начинаются изучение истории искусства и художественная критика, написана итальянским живописцем и архитектором XVI века Джорджо Вазари (1511-1574). По содержанию и по форме она давно стала классической. В настоящее издание вошли 12 биографий, посвященные корифеям итальянского искусства. Джотто, Боттичелли, Леонардо да Винчи, Рафаэль, Тициан, Микеланджело – вот некоторые из художников, чье творчество привлекло внимание писателя. Первое издание на русском языке (М; Л.: Academia) вышло в 1933 году. Для специалистов и всех, кто интересуется историей искусства.  

Джорджо Вазари

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Искусствоведение / Культурология / Европейская старинная литература / Образование и наука / Документальное / Древние книги