Читаем Мятежный Петербург. Сто лет бунтов, восстаний и революций в городском фольклоре полностью

Сталин скончался 5 марта 1953 года при загадочных, до сих пор не вполне ясных обстоятельствах. По легенде, умер не своей смертью, а его отравили ближайшие соратники.

Среди народов, насильственно переселённых Сталиным в отдалённые районы Сибири и Дальнего Востока, должны были быть и евреи. Незадолго до смерти он разрабатывал планы их депортации. Но «закончили его самого». И это случилось в праздник Пурим — праздник в память спасения евреев от истребления Аманом. Как не вспомнить анекдот, который в своё время приписывали неугомонному Карлу Радеку: «В чём разница между Моисеем и Сталиным?» — «Моисей вывел евреев из Египта, а Сталин выводит их из большевистской партии».

По сложившейся у большевиков языческой традиции его тело выставили рядом с Лениным в Мавзолее на вечное всеобщее обозрение. Однако в 1961 году на съезде КПСС мумию Сталина решили вынести из Мавзолея и похоронить у Кремлёвской стены. С таким неожиданным предложением поручили выступить главе ленинградской партийной делегации. На трибуну съезда поднялась старейшая большевичка и продемонстрировала на весь мир пример социального заказа на фольклор. Обращаясь к делегатам, она дребезжащим от возраста и волнения голосом рассказала что «вчера ночью к ней во сне явился незабвенный Владимир Ильич Ленин и сказал, что ему не хочется лежать рядом с человеком, принесшим столько горя народу». Понятно, что после этого кремлёвский зал разразился громом одобрительных аплодисментов.

Вздох облегчения, с которым встретили смерть Сталина по одну сторону колючей проволоки огромной страны, не сразу услышали в море искреннего едва ли не всенародного плача по ушедшему вождю всего человечества на её другой стороне. Заключённые в каторжные лагеря лишались всякой связи со своей страной. Им не были доступны ни газеты, ни радио. Но в конце концов и до их слуха дошли вести о рыдающем человечестве, оплакивающем смерть лучшего друга всех народов.

По-разному смерть Сталина отразилась в фольклоре. Заметим только, что тогда, в 1950-е годы, отказ от сталинских методов построения коммунизма вовсе не означал отказа от самой идеи строительства нового общества. Просто страна мечтала вернуться к ленинским нормам социалистического общежития или, как тогда говорили, к социализму с человеческим лицом. Ленин в то время олицетворял идеальный образец, к которому должны были стремиться все руководители государства. А теперь приведём анекдот. Когда Сталина внесли в Мавзолей, Ленин сказал: «Никогда не думал, что ЦК партии подложит мне такую свинью».

Особенно остро отозвался фольклор на смерть «вождя всего прогрессивного человечества» после XX съезда КПСС, на котором по инициативе Хрущёва был развенчан культ личности Сталина. Народ выдохнул долго сдерживаемое отношение к этому выродку рода человеческого, виновному в гибели тысяч и тысяч лучших его сынов. Но со свойственной народу сдержанностью и тактом заменил заветное русское слово из трёх букв, с помощью которого он дистанцировался и посылал куда подальше своих врагов и недругов, эвфемизмом, определившим целый период трагической истории страны в течение нескольких десятилетий: «Сталин умер, и культ с ним».

Со смерти Сталина прошло более шестидесяти лет. Но вновь и вновь предпринимаются попытки его реабилитации. В этой связи неплохо вспомнить предупреждение, высказанное петербургским фольклором в анекдоте. Сразу по приезде в Ленинград после съезда КПСС, развенчавшего культ Сталина, первый секретарь Ленинградского обкома партии Фрол Романович Козлов приехал на Кировский завод. Вошёл в партком, увидел портрет Сталина на стене и отрезал: «Снять!» Затем сел, оглянулся по сторонам и миролюбиво добавил: «Постепенно». До сих пор призраки первых секретарей бродят по улицам Петербурга и не могут успокоиться.

7

Отдельного разговора заслуживает тема о роли женщин в революционном движении. Эта роль обусловлена несколькими причинами, и не в последнюю очередь их политическим неравноправием с мужчинами, социальным неравенством в области образования, трудовой занятости, семейной жизни и, как следствие, их стремлением к эмансипации. Революционное движение предоставляло женщинам неограниченные возможности для борьбы за право быть равными с мужчинами. Наиболее ярко это выразилось в эпоху индивидуального террора, когда женщины расплачивались своим положением в обществе, семейной репутацией и даже своими жизнями ради достижения этих целей. Их вдохновляли примеры Веры Засулич, Софьи Перовской, Веры Фигнер и многих других, имя которым легион.


Надежда Константиновна Крупская


Мы остановимся на некоторых из них, на тех, кто активно участвовал в революционном движении в Петербурге-Петрограде, кого в народе нарекли «Музами революции» и кого не обошёл своим вниманием петербургский городской фольклор.

Перейти на страницу:

Все книги серии Всё о Санкт-Петербурге

Улица Марата и окрестности
Улица Марата и окрестности

Предлагаемое издание является новым доработанным вариантом выходившей ранее книги Дмитрия Шериха «По улице Марата». Автор проштудировал сотни источников, десятки мемуарных сочинений, бесчисленные статьи в журналах и газетах и по крупицам собрал ценную информацию об улице. В книге занимательно рассказано о богатом и интересном прошлом улицы. Вы пройдетесь по улице Марата из начала в конец и узнаете обо всех стоящих на ней домах и их известных жителях.Несмотря на колоссальный исследовательский труд, автор писал книгу для самого широкого круга читателей и не стал перегружать ее разного рода уточнениями, пояснениями и ссылками на источники, и именно поэтому читается она удивительно легко.

Дмитрий Юрьевич Шерих

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Как мыслят леса
Как мыслят леса

В своей книге «Как мыслят леса: к антропологии по ту сторону человека» Эдуардо Кон (род. 1968), профессор-ассистент Университета Макгилл, лауреат премии Грегори Бэйтсона (2014), опирается на многолетний опыт этнографической работы среди народа руна, коренных жителей эквадорской части тропического леса Амазонии. Однако цель книги значительно шире этого этнографического контекста: она заключается в попытке показать, что аналитический взгляд современной социально-культурной антропологии во многом остается взглядом антропоцентричным и что такой подход необходимо подвергнуть критике. Книга призывает дисциплину расширить свой интеллектуальный горизонт за пределы того, что Кон называет ограниченными концепциями человеческой культуры и языка, и перейти к созданию «антропологии по ту сторону человека».

Эдуардо Кон

Обществознание, социология
Теория социальной экономики
Теория социальной экономики

Впервые в мире представлена теория социально ориентированной экономики, обеспечивающая равноправные условия жизнедеятельности людей и свободное личностное развитие каждого человека в обществе в соответствии с его индивидуальными возможностями и желаниями, Вместо антисоциальной и антигуманной монетаристской экономики «свободного» рынка, ориентированной на деградацию и уничтожение Человечества, предложена простая гуманистическая система организации жизнедеятельности общества без частной собственности, без денег и налогов, обеспечивающая дальнейшее разумное развитие Цивилизации. Предлагаемая теория исключает спекуляцию, ростовщичество, казнокрадство и расслоение людей на бедных и богатых, неразумную систему управления в обществе. Теория может быть использована для практической реализации национальной русской идеи. Работа адресована всем умным людям, которые всерьез задумываются о будущем нашего мироздания.

Владимир Сергеевич Соловьев , В. С. Соловьев

Обществознание, социология / Учебная и научная литература / Образование и наука
Время демографических перемен. Избранные статьи
Время демографических перемен. Избранные статьи

Книга представляет собой сборник избранных статей А. Г. Вишневского, публиковавшихся, в основном, на протяжении последних 10–15 лет и посвященных ключевым вопросам демографии XXI в.Главное внимание в отобранных для издания статьях сосредоточено на теоретическом осмыслении происходящих в мире фундаментальных демографических перемен и вызываемых ими последствий. Эти последствия имеют универсальный характер и пронизывают все уровни социальной реальности – от семейного до глобального. Важное место в книге занимает российская проблематика, автор стремится осмыслить переживаемые Россией демографические перемены и стоящие перед ней демографические вызовы в контексте универсальных и глобальных демографических перемен и вызовов. Часть статей посвящена истории и современному состоянию отечественной демографической науки.Потенциальная аудитория книги – исследователи, представляющие широкий круг обществоведческих дисциплин, преподаватели и студенты, политики и журналисты, а также читатели, интересующиеся демографией и смежными науками.Выход книги приурочен к 80‑летию А. Г. Вишневского.

Анатолий Григорьевич Вишневский

Публицистика / Обществознание, социология / Обществознание / Образование и наука / Документальное