Мифы о хорошей девочке. Как разрушить стереотипы и начать жить по своим правилам

ВАШ НОВЫЙ АРСЕНАЛ

Ниже перечислены все инструменты, которые мы исследовали в этой главе, вы можете быстро отыскать их в тексте и попрактиковаться.

• Тренируйтесь рассказывать о своих предпочтениях и желаниях: волшебный опрос.

• Запишите примерный сценарий сложного, но необходимого разговора: ненасильственное общение.

• Объясните людям, что вам подходит, а что нет: укажите свои границы

.

• Оцените, насколько отношения токсичны: вопрос Синей Бороды и борода-то синяя.

• Верните себе свободу выбора: медитация выбора.

• Облегчите расставание: советы по поведенческому дизайну — подготовка, планирование, дедлайн, социальная ответственность и физическое расстояние.

Дополнительные ресурсы, а также ритуалы ухода за собой и медитации по мифу о гармонии вы найдете в приложении

.

Глава 8. Миф о жертве

МИФ О ЖЕРТВЕ

Как звучит

Потребности других людей важнее собственных.

В чем проявляется

Стремление ставить чужие потребности на первое место в ущерб своему благополучию.

Стратегия, чтобы заслужить одобрение

Быть бескорыстной, самоотверженной и всегда приходить на помощь.

Чем приходится жертвовать

Временем и силами, которые необходимы для реализации своего предназначения.

Когда моя мама впервые увидела моего папу, она показала ему язык. «Я хочу встречаться с этой женщиной», — подумал папа. И вот мои родители сходили на первое свидание и без памяти влюбились друг в друга. Мама, крепкий орешек, с неправильным прикусом и копной непослушных волос, была известной телеведущей новостей в своем родном городе Росарио (Аргентина) и самостоятельно оплачивала обучение на юридическом факультете в начале 1980-х годов. Ее независимому, пылкому духу был под стать только один человек — мой отец, студент медицинского факультета, который носил кожаную куртку и ездил на мотоцикле (да, знаю, совсем как Че Гевара).

Когда отец поступил в ординатуру в столице, Буэнос-Айресе, мама собрала вещи и уехала вместе с ним. Она ушла с телевидения и с трудом перевелась на престижный юридический факультет в Университете Буэнос-Айреса. «Это был мой первый культурный шок — первый из многих, которые последовали за ним, — рассказывала она мне. — Я оставила семью и вышла за человека, с которым встречалась всего несколько месяцев. Было рискованно». В то время в политике и экономике страны царил бардак, и когда отец получил стипендию докторанта на медицинском факультете Университета Торонто, они с мамой долго не раздумывали. Через неделю после окончания университета мама уже с двумя маленькими детьми, которым не было еще и трех, поехала за отцом.

«Хотя я проучилась восемь лет, — говорила мне мама, — я не работала юристом ни дня в своей жизни. Не думаю, что я тогда полностью осознавала, от чего отказываюсь. Я будто шла вслепую». Не имея разрешения на трудоустройство, мама нелегально работала администратором в гостинице Торонто. Когда ей предложили повышение на ночную смену, отец воспротивился. «Ты способна на большее», — сказал он. Но из-за культурного шока и сильного акцента мама сомневалась в себе. Она так и работала в гостиницах, торговых центрах, супермаркетах и ювелирных магазинах. И не потому, что мы нуждались в деньгах (папиной зарплаты хватало на всех), а потому что не хотела ограничиваться ролью матери и жены. «Любая работа облагораживает, — говорила она. — Даже если сидишь на телефоне».

У меня сердце кровью обливалось, когда я думала, что мама, талантливая женщина, пожертвовала своей карьерой, потенциалом и дарами ради семьи. «Думаешь, папа поступил бы так же ради тебя?» — спросила я. «Исключено», — ответила она.