Михаил Иванович Калинин – президент Страны Советов

Бывали у Калинина в гостях в его родной деревне и необычные люди. Надолго запомнился односельчанам случившийся в августе 1924 г. приезд поэта Сергея Есенина и американского журналиста Альберта Риса Вильямса.

Мемориальный дом-музей М. И. Калинина в деревне Верхняя Троица Тверской области

2023

[Из архива автора]

Еще перед отпуском Михаил Иванович прислал матери новенькую, отечественного производства веялку, но она быстро сломалась. В один из отпускных дней он ее стал чинить: лежал под нею на спине и, работая молотком, исправлял поломавшееся колесо. Вокруг собралось довольно много любопытных односельчан. Вдруг звонкий восхищенный мальчишеский голос: «Тройка! Тройка!». Действительно, позванивая бубенчиками, к воротам лихо подкатил великолепный экипаж. В деревне таких еще не видывали, и все бросились к воротам взглянуть на него.

Поднялся с земли и Калинин. А навстречу уже шли двое. Первый, повыше ростом, улыбаясь протянул руку. Калинин узнал Альберта Риса Вильямса, американского журналиста и писателя. Второй — помоложе, с пышной белокурой шевелюрой и простым красивым лицом. Представился — Сергей Есенин [215].

Калинин попросил гостей подождать, пока он закончит работу. Потом всей компанией вместе с деревенскими соседями пошли в лес по грибы. По возвращении — простой деревенский обед. Гостям наливали суп и накладывали каждому в отдельную тарелку. А семья Калининых ела по старинке, деревянными ложками из общей чашки. К вечеру сходили в соседнюю деревню на сельский праздник. Спать гостей устроили на сеновале.

На следующий день Калинин с гостями гуляли по деревне, сопровождаемые толпой, внимавшей Есенину, который читал свои стихи прочувствовано, с наслаждением. Его слушали и хвалили. Понравилось и Калинину.

— Хорошо! — произнес он.

Видно, Есенин ждал бо́льшего:

— Разве Вы не согласны с тем, — спросил он, — что стихи мои будут жить вечно?

— Вечно? — это слишком большой срок, — как-то суховато ответил Калинин.

— Ну, допустим, тысячу лет!

Сергей Есенин

1924

[Из открытых источников]

— Это тоже очень большой срок.

— Но ведь в России Сергея Есенина знают все!

— «Все» — это очень много народу. Ну, положим, многие действительно знают Есенина. Точно так же многие люди знают Калинина, — тут уж ничего не поделаешь: в газетах печатают наши портреты и имена. Но не надо преувеличивать. Для того чтобы о нас долго помнили, нужно быть великими, как Маркс или Ленин.

Настроение Есенина от слов Калинина явно портилось. Михаил Иванович же продолжал свою мысль, задумчиво улыбаясь:

— Конечно, если кто-нибудь жаждет долгой славы, то поэт на нее имеет больше шансов, чем комиссар. Не обязательно быть Пушкиным или Шекспиром. Необходимо только, чтобы в стихах отражались глубокие чувства народа, его самые сильные горести и радости — такое, о чем люди не могут не петь. Таким поэтом был Некрасов…

Есенин обиженно молчал. Наверно, ему показалось, что председатель ЦИК просто не знает его стихов. Но вечером он должен был изменить свое мнение, когда за чаем Калинин стал наизусть читать большие куски из есенинских стихов. Поэт расчувствовался и, как бы соревнуясь, тоже стал читать:

Да! Теперь решено. Без возвратаЯ покинул родные поля.Уж не будут листвою крылатойНадо мною звенеть тополя.Низкий дом без меня ссутулится,Старый пес мой давно издох.На московских изогнутых улицахУмереть, знать, судил мне Бог.

Помолчав, Есенин произнес, видно, свое… сокровенное: