— Я родился в деревне и вырос в ней… Я сам по плоти и крови крестьянин. Мне ли не знать, что чувствует крестьянин?
— Многие наши комиссары и писатели родом из деревни. Но старые интересы вытесняются новыми. В городе мы скоро отвыкаем от деревни.
— Кто угодно, но только не я, — возразил Есенин и снова заговорил стихами:
— Очень хорошо, — снова похвалил поэта Калинин. — Но жить в этих деревянных лачугах не так уж хорошо. Тараканы, пьянство и суеверия — в этом нет никакой романтики. Мы стараемся избавиться от этого. Мы хотим создать новую деревню, новую жизнь. Сделать это, сидя в кафе, идеализируя нашу отсталость, нельзя.
— Так что же, мои стихи никому не нужны, и я никому не нужен? — тихо проговорил поэт.
— Послушай, Сергей, — Калинин оживился, — у тебя есть талант и вдохновение. Почему бы тебе не вернуться в деревню, не принять участие в ее борьбе, не выразить ее надежды, не стать певцом новой жизни? Вот это принесло бы пользу и тебе, и твоей поэзии, и России!
На следующий день гости покинули Верхнюю Троицу и отдыхавшего там председателя ЦИК. Кстати, за разговорами Есенин так и не открылся Калинину, что приезжал, чтобы попросить себе, бездомному, квартиру… в Москве. А может, увидев, как живет Калинин, и постеснялся…
Памятным был приезд Калинина в родную деревню в феврале 1930 г. Накануне односельчане писали:
«29 января 1930 г.
Уважаемому собрату.
Дорогому Михаилу Ивановичу!
от граждан дер. Верх. Тройца и дер. Посады Кимрского округа
Имеем сообщить Вам, дорогой Михаил Иванович, как земляки и односельчане, что 28 января 1930 г. общество дер. Тройца[216] и Посады вступило полностью в единый колхоз, при чем
Постановили: Означенный колхоз наименовать Вашим именем. Вышесказанное событие преподносим Вам как подарок ко дню Вашего приезда на родину, т. е. к 20 февраля.
С товарищеским приветом к Вам
колхозник В. Тарасов»[217].
Односельчане пригласили на собрание по поводу образования колхоза и открытия Народного дома, во многом построенного по инициативе Калинина, хотевшего, чтобы у них было место «новой жизни». Народный дом — тогда еще диковинка — сиял свежеоструганными стенами. 26 февраля вся Верхняя Троица оказалась запруженной подводами — с самого утра начали съезжаться гости из окрестных деревень. Собралось более тысячи человек. Играл оркестр[218].
Открывая Народный дом, Калинин поздравил земляков и с созданием колхоза. Со свойственной ему прямотой он предупредил, что не все хорошо будет поначалу, придется повоевать с трудностями. Сам Калинин первым записался в артель и до самой смерти числился первым в списке ее членов. Ему даже трудодни начисляли, когда, приезжая в отпуск, он выходил на полевые работы.