Миллион для Коломбины

Как нежна она была с ним, как доверилась ему! Просто вспоминая ту ночь, аромат ее кожи, волос, прикосновения, он начинал пылать в самые неподходящие моменты. Он и сам не мог понять, как она, скромная провинциальная девушка, музыкантша, имевшая не такой уж и большой опыт в любовных делах и став в свое время жертвой предательства какого-то там михайловского мужлана и мошенника, по вине которого она потеряла ребенка, доверилась московскому прохвосту, обманщику, преступнику?! Неужели ее подтолкнуло к этому то отчаяние, в состоянии которого она находилась накануне вынужденного брака со старым лихоимцем, ростовщиком, процентщиком?! С пауком! Конечно, она боялась этого брака, тем более что практически не знала, что представляет собой Семен. И где гарантия, что он не запер бы ее дома и не держал в черном теле? И что было бы, не появись Григорий именно в день поминок? Вероятнее всего, он опоздал бы. Крепко опоздал. Паук вытащил бы ее из долговой ямы и сделал бы кроткую и запутавшуюся Надю своей собственностью. Так, может, это и неплохо, что все сложилось так, как сложилось? И что он вовремя вырвал ее из лап этого мерзкого старика?

Наутро, счастливый и влюбленный еще больше в свою Наденьку, еще чувствовавший на губах вкус ее тела и поцелуев, он решил как можно быстрее приступить к выполнению своих обещаний и, не дожидаясь, пока она проснется, помчался в Михайловск – улаживать ее финансовые дела.

4

Общим, что объединяло всех тех людей, с которыми ему пришлось встречаться в Михайловске при передаче денег, и что вызывало у него усмешку, было полное недоумение на их лицах. К некоторым он заявлялся без предварительной договоренности (это те семьи и отдельно взятые люди, адреса которых Надя включила в список), а к некоторым, которые были предупреждены разными способами предыдущими адресатами, с которыми он успел расплатиться, он приходил уже как волшебник, раздающий мешки со счастьем. Недоумение, смешанное с радостью и каким-то даже потрясением. Надя была права, когда говорила, что эти люди уже практически и не надеялись вернуть свои деньги. Но ко всем ним, несмотря на разные чувства, которые они уже начали испытывать к Наде, как к человеку, увязшему насмерть в долгах, он, как и она сама, относился с уважением, понимая, что, несмотря на то что все они люди более-менее скромные и небогатые, они старались ей помочь, дали деньги, выручили.

К вечеру, выйдя из банка, где он уладил все дела с ипотекой, Григорий зашел перекусить в кафе мясным рагу, после чего нанял частника и вернулся глубокой ночью в Красноуфимск. И подъезжая к гостинице, где оставил свою ненаглядную, понял, увидев возле входа две полицейские машины и одну черную иномарку, рядом с которой стоял человек, смахивавший на прокурора, тихо беседовавший с полицейским, что что-то случилось. Поворачивать обратно он не стал – он просто обязан был все выяснить. Ведь возможно, что его тревожность была вызвана обыкновенной мнительностью и опасением за Надю. И что полицейские оказались здесь просто по своим, не связанным с Надей делам. Григорий не хотел думать, что ее убили. Он не мог об этом думать.

Учитывая, что он до сих пор являлся как бы постояльцем этой гостиницы, а потому мог свободно подняться в свой номер, он должен был вести себя естественно. Поэтому, пройдя мимо полицейского, для правдоподобности нахмурив брови, вошел в холл гостиницы и, оглянувшись и увидев еще одного полицейского, молодого паренька, сидящего на кожаном диване и с унылым видом разглядывающего рекламную брошюру гостиницы, направился к лестнице.

Паренек, увидев его, моментально вскочил, словно проснувшись, и кинулся к нему.

– Максимов? – спросил он.

– Да, а в чем дело? – Григорий сделал вид, что очень удивлен. – И как вы определили, что это именно я?

– Да потому, что вы – единственный живой постоялец этой гостиницы.

После этих слов Григорий похолодел. Он так явственно представил себе бледное лицо мертвой Нади, лежащей на прозекторском столе, что ему стало нехорошо. Его затошнило.

– Что вы хотите этим сказать?

– То и хочу сказать – в гостинице совершено убийство. И вы задержаны!

Он не успел и слова сказать, как полицейский, который вначале показался ему недотепой, надел на него наручники.

Надя мертва… Они изъяли деньги и теперь делят между собой. Это то, чего он так боялся и от чего бежал, совершая одно преступление за другим.

– Где она? – спросил он убитым голосом.

– Как где, в морге, конечно! Я звоню следователю, вот ему все и расскажете!

Полицейский отошел в сторону, и Григорий не мог услышать, о чем он говорил.

Получается, что он не сумел ее спасти. И хотя он сам услышал все своими ушами, все равно это казалось каким-то нереальным, непостижимым, он не мог осознать это и пребывал в полной растерянности. Но как они ее нашли? Ведь он сделал все, чтобы этого не случилось. Они нигде не могли наследить. И надо обладать просто какими-то феноменальными способностями, чтобы вычислить, что они спрятались в Красноуфимске!