– Красиво, да? Мне тоже нравилось это место. Особенно, тогда, давно, – Кристина облокотилась на перила и смотрела вверх: там, через разбитые окна, влетали и вылетали вороны. Кажется, они сильно облюбовали это место. Я огляделся – действительно, повсюду были белые кучки помёта.
– Пойдём, – мы пошли дальше. Большинство магазинов были вскрыты, и вокруг валялись кучи разного мусора.
– Когда… когда это началось, – неожиданно начала Кристина, – люди делали ужасные вещи. Они… воровали, дрались, убивали… Мама говорила, что это не конец, но мне кажется, что это он и был, как в сказках. Мы заперлись и не выходили неделю из дома. Я из окна видела, как один человек ударил другого, а затем достал у него что-то и убежал… – она говорила очень тихо.
До меня только сейчас дошло, почему здесь столько машин и всё выглядит разорённым:
– Стоп, – я остановился. – Вас разве не эвакуировали?
– А что это?
– Ну, разве не приезжали солдаты и не перевозили вас на автобусах в безопасное место? – удивился я.
Кристина остановилась, будто задумалась, а потом ответила:
– Нет. Никого не было.
Я стоял ошарашенный:
«Как же так? Почему? Получается, этих людей оставили на произвол?..»
Я скинул рюкзак и достал карту, где были отмечены временные базы – действительно, вокруг Сарума и близко не было ни одной. Я присмотрелся и понял кое-что: все базы были расположены лишь вокруг крупных городов…
– Что это? – Кристина присела рядом.
– Карта, – тихо ответил я. – Как же так?.. Получается, большая часть людей даже не спасалась?..
Я ничего не понимал.
– Ого, – удивилась Кристина. – Большая… А… почему ты грустишь? Что случилось?
«Говорить ей или нет? Она просто маленькая девочка… Хотя, как разница?» – я хотел ей рассказать.
– Для вас – и других людей – не было никакого спасения, понимаешь? – я горько усмехнулся. – Эвакуировали лишь крупные города… а такие вот, как ваш – нет. Мне говорили, что спасали всех… А вас просто… оставили… Просто оставили умирать.
Кристина уставилась на меня с грустью и некоторое время мы молчали.
– И что? – Кристина вздохнула и отвернулась. – Мама всегда говорила «что было – то прошло». Всё это прошло. Вот и всё.
«Девочка поумнее тебя будет, и потвёрже. Встань, размазня, и иди. Мёртвых уже не вернёшь, и то, что было в прошлом – там и останется. Как ты этого не поймёшь? Даже маленькая девочка понимает. Только вот мне интересно: куда же, в этом случае, остальные люди делись? Убились за год?»
– Умная у тебя мама, – я постарался улыбнуться, сложил карту, положил в рюкзак, а затем встал, и мы пошли дальше, мимо развороченных рядов.
– Раз ты здесь была уже – нет ли где-нибудь магазина продуктов или вроде того?
Кристина задумалась.
– Есть, на втором этаже. Мы с мамой туда часто ходили. Там было дешёвое мороженное.
– Тогда веди, но только аккуратно – мало ли, вдруг мы здесь не одни, – Кристина в ответ кивнула и пошла впереди.
Через несколько минут мы оказались на лестнице. Здесь было два пролёта по бокам. Мы спустились на два этажа ниже. Здешний воздух был более тяжёлым, сырым.
Я жестом остановил Кристину прямо перед входом в торговую аллею:
– А далеко до этого магазина?
– Нет, он здесь рядышком совсем.
– Хорошо. Сейчас ты иди за мной, и как можно тише, ладно? Опасно тебя вперёд пускать, – Кристина кивнула и встала за мной.
Я открыл дверь и прошёл вперёд. На полу повсюду была грязь, воняло сыростью и чем-то тухлым. Действительно, справа от входа на лестницу начинались продуктовые ряды. Оттуда и тянулся тошнотворный запах. Я аккуратно пошёл вперёд, на ходу достав из рюкзака фонарик. Кристина молча шла позади – казалось, будто её этот запах совсем не удивлял.
На полках лежали давно сгнившие продукты, которые покрылись тонким слоем плесени, будто покрывалом. Чуть дальше, за кассами, слева, был молочный отдел, справа – хлебобулочный; посередине стоял холодильник, и сверху была пустая полка, где обычно стоят консервы. Если здесь оставались люди – неудивительно, что всё это пропало. Весь магазин был опустошённым.
Надо было войти на склад. Здесь надо было быть осторожнее – в таких местах обычно охотники и прятались.
– Постой здесь, и никуда не уходи, – сказал Кристине. В главном зале побезопаснее будет, чем там. Я достал нож и протянул ей рукоятку. – Скоро вернусь.
Кристина посмотрела с испугом на меня, но нехотя кивнула и взяла нож:
– Л-ладно.