Читаем Модные увлечения блистательного Петербурга. Кумиры. Рекорды. Курьезы полностью

«Тем не менее, – писал Н.А. Панин-Коломенкин, – достижения „штатских” стрелков обычно стояли значительно выше, чем участников состязаний на императорские призы». Достаточно было сравнить военные призовые мишени по револьверу с аналогичными мишенями Атлетического общества. С другой стороны, в гражданских стрелковых соревнованиях на первенство России часто участвовали лучшие стрелки из военных, но лишь в редких случаях им удавалось выйти на первое или второе место.

Среди нескольких петербургских спортивных клубов, занимавшихся стрелковым спортом, серьезнее всего дело поставили в С.-Петербургском атлетическом обществе, председателем которого являлся известный в столице спортсмен граф Г.И. Рибопьер. Каждый года, в апреле—мае, по правилам этого общества, устраивались соревнования по стрельбе из пистолета и револьвера на звание чемпиона России. Каждому участнику выдавалось 30 конкурсных мишеней для стрельбы из пистолета и столько же из револьвера, с печатями и подписями членов судейской коллегии на обороте каждой мишени. В течение «конкурсного» месяца можно было на Семеновском стрельбище в присутствии члена судейской коллегии в любое время прострелить каждую из мишеней семью пулями, а затем представить в коллегию пять мишеней для конкурса на звание чемпиона России, большую золотую медаль и переходящий кубок, или три мишени для получения I, II или III приза – малой золотой, серебряной или бронзовой медали.


Великий князь Михаил Александрович во время стрельбы. Петергоф, 1890 г.


Кстати, на стрельбище на Семеновском плацу устраивались также и состязания в стрельбе из дуэльных пистолетов. Призами служили золотые и серебряные изделия.

Одновременно с соревнованиями по стрельбе из пистолета и револьвера в Петербургском атлетическом обществе Рибопьера проводились соревнования чемпионата России по стрельбе из вольной винтовки на дистанцию в сто аршин. Победителями чемпионатов России по этому виду стрельбы в различные годы становились капитан 92-го Печерского полка Ф.Н. Лебедев, а также Е.Е. Тевяшов и В.А. Лучинский (Петербургское Атлетическое общество), О.А. Шмунк (Петербургский кружок любителей спорта) и др.

«Виноват в этом был Сильвио»

Непобедимым стрелком из пистолета и револьвера считался Михаил Васильевич Семичов, в 1904-1905 гг. выигрывавший чемпионаты по пистолету и револьверу. В 1907 г. С.-Петербургское атлетическое общество установило постоянный почетный приз в память уже покойного Семичова – в виде большой медали червонного золота с его портретом.

Однако затем авторитет Семичова поколебал молодой спортсмен – прославившийся на ниве конькобежного спорта Николай Александрович Панин-Коломенкин. О причинах своего интереса к стрельбе он говорил так: «Виноват в этом был Сильвио из пушкинского „Выстрела”: „Увидит, бывало, на стене муху…”. Стрельба из пистолета – довольно трудный вид спорта. Он требует особой устойчивости позы стрелка и особенно его вооруженной руки, мягкости и постепенности нажима пальца на спуск, долгой задержки дыхания, непрерывности зрительного восприятия при прицеливании и выстреле, полнейшего спокойствия и выдержки».

Стрелковым делом Панин-Коломенкин увлекся еще в детстве. По его признанию, стрельба – первый вид спорт, завладевший им. «Воспитывавший меня в то время мой отчим и друг, страстный охотник и стрелок, дал мне однажды выстрелить из ружья по птице, а позже мы состязались с ним в комнатной стрельбе из самодельного самострела в приколотую к двери мишень», – вспоминал потом Н.А. Панин-Коломенкин.

Будучи участником Кружка любителей спорта, Панин-Коломенкин серьезно упражнялся в искусстве стрельбы. В этом ему помогал председатель кружка, отставной полковник Галченков, остававшийся до конца жизни фанатичным приверженцем стрельбы из дуэльного пистолета. Спустя несколько лет, в 1904 г., Панин познакомился в Царском Селе с замечательным стрелком, капитаном Георгием Евгеньевичем Вишняковым, который пригласил его стрелять в тир своего батальона, после чего Панин стал завсегдатаем офицерского тира на Малиновской даче. «Там, на открытой веранде, от одной каменной стены ее до другой как раз с избытком выходила нужная для пистолета дистанция в 25 шагов (примерно 16 метров), – вспоминал потом Панин-Коломенкин. – Мы повесили на одну из стен стальную доску с крючками для мишени и летом чуть ли не каждый день упражнялись, всаживая в честь пушкинского Сильвио пулю за пулей в трехсантиметровый черный кружок мишени».

В 1905 г. Панин-Коломенкин впервые выступил в Семеновском тире соперником Семичова, записавшись от Общества любителей бега на коньках, хотя там стрелковый спорт не практиковался. Ему достался дуэльный пистолет работы знаменитого французского мастера Девима, изготовленный в Париже в 1859 г. По словам Панина, у него были не совсем удовлетворительные прицел и мушка, да и времени для пристрелки оставалось мало, поэтому он не смог показать высоких достижений и уступил Семичову, получив, тем не менее, второй приз.

Перейти на страницу:

Все книги серии Всё о Санкт-Петербурге

Улица Марата и окрестности
Улица Марата и окрестности

Предлагаемое издание является новым доработанным вариантом выходившей ранее книги Дмитрия Шериха «По улице Марата». Автор проштудировал сотни источников, десятки мемуарных сочинений, бесчисленные статьи в журналах и газетах и по крупицам собрал ценную информацию об улице. В книге занимательно рассказано о богатом и интересном прошлом улицы. Вы пройдетесь по улице Марата из начала в конец и узнаете обо всех стоящих на ней домах и их известных жителях.Несмотря на колоссальный исследовательский труд, автор писал книгу для самого широкого круга читателей и не стал перегружать ее разного рода уточнениями, пояснениями и ссылками на источники, и именно поэтому читается она удивительно легко.

Дмитрий Юрьевич Шерих

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Психология масс и фашизм
Психология масс и фашизм

Предлагаемая вниманию читателя работа В. Paйxa представляет собой классическое исследование взаимосвязи психологии масс и фашизма. Она была написана в период экономического кризиса в Германии (1930–1933 гг.), впоследствии была запрещена нацистами. К несомненным достоинствам книги следует отнести её уникальный вклад в понимание одного из важнейших явлений нашего времени — фашизма. В этой книге В. Райх использует свои клинические знания характерологической структуры личности для исследования социальных и политических явлений. Райх отвергает концепцию, согласно которой фашизм представляет собой идеологию или результат деятельности отдельного человека; народа; какой-либо этнической или политической группы. Не признаёт он и выдвигаемое марксистскими идеологами понимание фашизма, которое ограничено социально-политическим подходом. Фашизм, с точки зрения Райха, служит выражением иррациональности характерологической структуры обычного человека, первичные биологические потребности которого подавлялись на протяжении многих тысячелетий. В книге содержится подробный анализ социальной функции такого подавления и решающего значения для него авторитарной семьи и церкви.Значение этой работы трудно переоценить в наше время.Характерологическая структура личности, служившая основой возникновения фашистских движении, не прекратила своею существования и по-прежнему определяет динамику современных социальных конфликтов. Для обеспечения эффективности борьбы с хаосом страданий необходимо обратить внимание на характерологическую структуру личности, которая служит причиной его возникновения. Мы должны понять взаимосвязь между психологией масс и фашизмом и другими формами тоталитаризма.Данная книга является участником проекта «Испр@влено». Если Вы желаете сообщить об ошибках, опечатках или иных недостатках данной книги, то Вы можете сделать это здесь

Вильгельм Райх

Культурология / Психология и психотерапия / Психология / Образование и наука
Крылатые слова
Крылатые слова

Аннотация 1909 года — Санкт-Петербург, 1909 год. Типо-литография Книгоиздательского Т-ва "Просвещение"."Крылатые слова" выдающегося русского этнографа и писателя Сергея Васильевича Максимова (1831–1901) — удивительный труд, соединяющий лучшие начала отечественной культуры и литературы. Читатель найдет в книге более ста ярко написанных очерков, рассказывающих об истории происхождения общеупотребительных в нашей речи образных выражений, среди которых такие, как "точить лясы", "семь пятниц", "подкузьмить и объегорить", «печки-лавочки», "дым коромыслом"… Эта редкая книга окажется полезной не только словесникам, студентам, ученикам. Ее с увлечением будет читать любой говорящий на русском языке человек.Аннотация 1996 года — Русский купец, Братья славяне, 1996 г.Эта книга была и остается первым и наиболее интересным фразеологическим словарем. Только такой непревзойденный знаток народного быта, как этнограф и писатель Сергей Васильевия Максимов, мог создать сей неподражаемый труд, высоко оцененный его современниками (впервые книга "Крылатые слова" вышла в конце XIX в.) и теми немногими, которым посчастливилось видеть редчайшие переиздания советского времени. Мы с особым удовольствием исправляем эту ошибку и предоставляем читателю возможность познакомиться с оригинальным творением одного из самых замечательных писателей и ученых земли русской.Аннотация 2009 года — Азбука-классика, Авалонъ, 2009 г.Крылатые слова С.В.Максимова — редкая книга, которую берут в руки не на время, которая должна быть в библиотеке каждого, кому хоть сколько интересен родной язык, а любители русской словесности ставят ее на полку рядом с "Толковым словарем" В.И.Даля. Известный этнограф и знаток русского фольклора, историк и писатель, Максимов не просто объясняет, он переживает за каждое русское слово и образное выражение, считая нужным все, что есть в языке, включая пустобайки и нелепицы. Он вплетает в свой рассказ народные притчи, поверья, байки и сказки — собранные им лично вблизи и вдали, вплоть до у черта на куличках, в тех местах и краях, где бьют баклуши и гнут дуги, где попадают в просак, где куры не поют, где бьют в доску, вспоминая Москву…

Сергей Васильевич Максимов

Публицистика / Культурология / Литературоведение / Прочая старинная литература / Образование и наука / Древние книги