Модные увлечения блистательного Петербурга. Кумиры. Рекорды. Курьезы

На исходе царствования Николая I в Лисине выстроили Охотничий дворец. Автором проекта дворца являлся блестящий зодчий Николай Бенуа, на протяжении долгих лет служивший главным архитектором Петергофского дворцового имения (именно в Петергофе он проектировал многие постройки) и императорских театров, профессором Академии художеств и главным архитектором Министерства государственных имуществ. Он собственноручно заложил здание 26 июня 1853 г. Спустя два года дворец, украшенный картинами старых мастеров и разнообразными охотничьими трофеями, был готов. Он сохранился до наших дней, в составе комплекса зданий Лисинского лесного колледжа, только от царских интерьеров почти ничего не осталось.

Еще через десятилетие архитектор Николай Бенуа выстроил в Лисине по царскому заказу храм во имя Происхождения Честных Древ Животворящего Креста Господня. В советское время церковь разделила судьбу многих российских храмов – закрытая в 1933 г., она пришла в полное запустение. В 1990-х гг. ее буквально возродили из руин, и с 1998 г. она снова стала действующей. Теперь здесь подворье Новодевичьего женского монастыря, что находится в Петербурге на Московском проспекте.

Самым известным гостем Лисина являлся император Александр II, который славился как страстный охотник. Один из его воспитателей считал, что будущему государю участие в охоте может дать хорошую физическую подготовку. Уже в 11 лет Александр побывал на первой травле медведя, а позже старался не пропускать зимних охот на этого зверя. На охоту в Лисино, как отмечает историк Рэм Бобров, автор исследования о Лисинской даче, Александр II приезжал 86 раз. В те времена сама лесная дача была невелика для охоты, но в качестве охотничьих угодий на условиях аренды к ней приписали около ста тысяч десятин леса.

На охоте царя сопровождала небольшая свита, приезжали с ним в Лисино высшие правительственные сановники, великие князья и зарубежные посланники. А вот воспитанники Лесного института в царской охоте не участвовали – брали только некоторых учеников егерской школы в качестве загонщиков зверя.

Частым гостем Охотничьего дворца в Лисино был придворный художник Михаил (Михай) Александрович Зичи. К сожалению, имя этого признанного мастера, венгра по происхождению, полвека прожившего в России, сегодня известно только знатокам русской живописи. Потомок известного венгерского аристократического рода, он получил у себя на родине прекрасное образование и начал там заниматься живописью. В семнадцать лет он уже участвовал в престижных выставках, а в двадцать лет стал учителем рисования у дочери великой княгини Елены Павловны. В Петербурге он много работал – писал маслом, акварелью, занимался графикой, был знаком со многими знаменитыми русскими художниками. Знаменитый французский писатель Теофиль Готье в своих записках о поездке в Россию рассказывал о встрече с Михаем Зичи – будучи очарован творчеством этого художника, он назвал его «чудесным гением».

Судьба Зичи складывалась по-разному: взлеты и падения, слава и забвение, но в конце концов удача улыбнулась ему: после восшествия на престол Александра II он становится придворным живописцем. Потом он являлся придворным художником при дворе Александра III и Николая II. Несмотря на свою службу русским государям, Зичи до конца жизни гордился венгерским происхождением, а неизменным облачением живописца при российском дворе служил венгерский национальный костюм.

Охотничьи иллюстрации Михая Зичи

Его кисти принадлежало около пятисот иллюстраций интереснейших событий из придворной жизни. По долгу службы Зичи постоянно сопровождал царя во время его поездок по стране и за границей, поэтому он – непременный свидетель и участник царских охот. Не раз бывал Зичи с Александром II и на Лисинской даче, где сделал сотни охотничьих зарисовок, ставших потом материалом для написания картин. Среди них «Охота в Лисино», «Поиски медведя», «Придворный охотник», а также альбом «Охота на медведя в Лисино».

В советские времена творчество Михая Зичи не особенно жаловали – все его достоинства перечеркивало официальное звание «придворного художника». А вот в Венгрии чтят и помнят своего выдающегося соотечественника – в небольшом венгерском городе Зала, родном городе художника, находится сегодня дом-музей Зичи. Он открылся в 1927 г., но еще в 1906 г., после смерти живописца, его внучка и наследница стала собирать экспозицию музея.

Во время освобождения Венгрии от немецких войск в ходе Второй мировой войны небольшой венгерский городок стал ареной боев. В музейном доме поселились беженцы, и многие ценные реликвии пропали. Но основные коллекции спасли благодаря правнуку Зичи. Рассказывают, что он прибыл в Залу в апреле 1945 г., как раз в тот момент, когда экспонаты музея по приказу командира Красной Армии уже погрузили на телеги, чтобы вывозить их. Только каким-то чудом правнуку Зичи удалось убедить советского командира не трогать экспонаты.