Модные увлечения блистательного Петербурга. Кумиры. Рекорды. Курьезы

Для каждой породы собак были устроены отдельные псовые дворы, «все теплые помещения прекрасно выветрены и чисто прибраны, поэтому нет ничего удивительного, что все собаки Императорской охоты имеют такой роскошный вид». По словам того же современника, «хотя теперь и редко устраиваются псовые охоты, но собаки настолько выдрессированы, что сейчас же могут принять участие в охоте. Насколько хороша дисциплина в егерской слободе, достаточно видеть пример на собаках. Когда я с егерем вошел на псовый двор гончих, где их жило около 300, то меня порадовал тот приятный лай, с каким дружная свора „костромичей” бросилась ласкаться к своему егерю. Он поласкал их, а затем, хлопнув арапником, крикнул „Стройся!”. В один миг эта буйная, лающая ватага смолкла, насторожилась и построилась в большую, совершенно квадратную колонну. Все взоры их были устремлены на своего учителя…»

Для воспитания молодых собак при Егерской слободе в отгороженных плотным частоколом ямах держались медведи, волки и лисицы. Первые жили в слободе на пансионе, ибо их маленькими приносили сюда с императорской охоты, здесь вскармливали и воспитывали. К ним свободно входил присматривавший за ними егерь, который кормил их. Волков и лисиц для травли, которая устраивалась на поле за слободой, вылавливали из их ям и привозили в ящиках, а зайцев для травли брали в окрестных деревнях. Говорили, что волк, который хотя бы раз побывал в зубах собак, ни за что не вылезет из ящика – надо его выталкивать силой, а бежать он пустится только тогда, когда собаки подбегут к нему близко.

Покровская церковь в Егерской слободе.

2000 г. Фото автора

Неподалеку от слободы за частоколом располагался парк «Ремиз», где на свободе ходили олени, зайцы, барсуки, хорьки и другое мелкое зверье, а в особом птичнике разводили фазанов. По другую сторону был громадный зверинец, в котором держались оленьи стада. Вообще же, все крестьянские земли в окрестностях Гатчины были в те времена арендованы под императорскую охоту. В некоторых деревнях были устроены специальные «куропатники», где до охоты содержались куропатки и другая лесная дичь.

Конечно, ни псовые дворы, ни «Ремиз», ни олений зверинец до нашего времени не сохранились, а вот резные деревянные домики егерей, обращенные на центральную улицу бывшей слободы, что возле железнодорожной станции «Мариенбург», можно увидеть и сегодня. Как оказалось, нынешние ее жители неплохо знают о прошлом этих мест. «Этим домам лет уже полтораста, и еще столько же они простоят», – с гордостью сказала мне хозяйка одного из бывших «егерских» домиков.

К сожалению, за последние десятилетия многие детали оформления, по которым еще совсем недавно можно было судить о первоначальном облике слободы, были утрачены. По мнению главного архитектора Гатчины, необходима специальная городская программа по ее сохранению, использованию и содержанию. Ведь сохранившаяся до наших дней Егерская слобода – это уникальный памятник нашей истории и, без сомнения, одна из достопримечательностей бывшей Петербургской губернии.

Создатель «Царской охоты…»

Любопытная страница царской охоты связана с именем генерала Николая Ивановича Кутепова, долгое время заведовавшего хозяйственной частью управления императорской охоты.

Кутепов являлся блестящим боевым генералом: он отличился во время Русско-турецкой войны 1877-1878 гг., в том числе при знаменитом сражении на Шипке, и получил шесть наград. В 1885 г. он подал прошение об увольнении, и его вскоре назначили заведовать хозяйственной частью Придворной охоты. Тогда же он получил служебную квартиру в Приоратском дворце, где провел несколько лет своей жизни. Память о генерале Кутепове сохранилась до сих пор: одну из горок неподалеку от дворца гатчинцы по традиции именуют Кутеповской.

В экспозиции музея в Приоратском дворе сегодня можно увидеть уникальный экземпляр книги Кутепова «Царская охота на Руси» с автографом автора. Идея создания этой книги принадлежала Александру III. Однажды, в мае 1892 г., гуляя по Гатчинской Егерской слободе, царь пожелал, чтобы была описана история царской охоты на Руси. Получив высочайшее одобрение, Кутепов принялся за работу, и через некоторое время увидели свет четыре тома «Царской охоты…».

Кутепов провел огромную исследовательскую работу, изучив большое количество материалов, посвященных истории царской охоты. В «Примечаниях», которые составляют едва ли не половину каждого тома «Царской охоты на Руси», Кутепов привел полные тексты подлинных исторических документов, с которыми он работал.

В 1894 г. в типографии Главного управления уделов в Петербурге история царских охот, написанная Кутеповым, впервые вышла в свет. Это было «пробное» издание, поэтому оно вышло тиражом всего в десять экземпляров и не имело иллюстраций. В мае 1894 г. Кутепов преподнес первый «пробный» том Александру III, за что удостоился монаршей благодарности и соизволения на иллюстрирование издания лучшими русскими художниками.