Модные увлечения блистательного Петербурга. Кумиры. Рекорды. Курьезы

Вторая группа увлекалась фигурным катанием. Здесь участвовала, главным образом, молодежь. «Она обитала преимущественно в „академии”, то есть на правом пруду за рогатками, которыми „академия” обычно отделялась от остальной части катка, – вспоминал Панин-Коломенкин. – Эта группа сплотилась вокруг меня, состояла почти сплошь из моих учеников и была почему-то прозвана „головастиками”». Третью группу составляли хоккеисты, собиравшиеся на левом пруду для совместных тренировок.

По словам Панина-Коломенкина, «все три группы жили очень дружно и горячо интересовались не только своими собственными спортивными делами: хоккеисты болели и за фигурное катание, а мы, в свою очередь, за хоккей; к „карасям” же все питали глубокое уважение с примесью небольшой доли снисходительности к их возрасту и спортивным вкусам».

Как признавался сам Панин-Коломенкин, после его возвращения в 1908 г. с успешного выступления на IV Олимпиаде «высшее начальство стало смотреть на мои выступления по этому виду спорта все более и более неприязненно. В конце концов, под угрозой перевода в дальнюю провинцию, пришлось от них навсегда отказаться. Но за мной осталась педагогическая спортивная деятельность среди молодежи. Ее успехи на льду доставляли мне не меньше удовлетворения, чем мои собственные достижения в прошлом».

По словам Панина-Коломенкина, фигурное катание в ту пору не получило большого распространения в России, за исключением Петербурга, Москвы и Финляндии. «Наши занятия носили чисто любительский характер, – рассказывал он. – Приходили ко мне в „академию” все, кому хотелось чему-нибудь научиться в фигурном катании, а занимались им „понемножку” очень многие из посетителей нашей Юсуповки. Никакой обязательности в посещении занятий не было, платы за обучение не взималось, ни я, ни кто другой не получали вознаграждения в какой бы то ни было форме за педагогическую работу».

В эту «академию» входили Сергей Фан-дер-Флит, гравер Н.П. Константинов, москвич Иван Павлович Малинин, временно находившийся в Петербурге в связи с отбыванием воинской повинности, и многие другие. Но особенно выделял Панин-Коломенкин Ксению Цезар. По его словам, до того времени в России не было женщин, серьезно занимавшихся фигурным катанием. «Теперь, с легкой руки Ксении Цезар, в моей школе появилось несколько девушек, к великому неудовольствию пожилых дам, – рассказывал Панин-Коломенкин, – они находили совершенно неприличным для девушек выступать в одиночном катании, а укороченные юбки наших молодых фигуристок приводили их в ужас».

Ксения Цезар была личностью выдающейся. Дочь учителя музыки, сама превосходная пианистка, она еще гимназисткой начала заниматься фигурным катанием. «С первого знакомства с ней на льду я был поражен ее способностями: она сразу усваивала все указания о постановке тела и о пластике движений, а ведь это было самое главное для начинающего, – вспоминал впоследствии Панин-Коломенкин. – Вслед за этим пришло и техническое уменье, и вскоре Ксюша заняла ведущее место среди младшего населения нашей „академии”».

Ксения Цезар. 1911 г. Фотограф Карл Булла

В январе 1911 г. Ксения Цезар победила на впервые разыгранном первенстве России по фигурному катанию для жещин. Проходили соревнования на катке Юсупова сада.

Для пропаганды фигурного катания Общество любителей бега на коньках издало теоретическую книгу Панина-Коломенкина. В спортивных кругах ее встретили как единственный на то время в мире научный труд в области фигурного катания и как наиболее полное и серьезное руководство. В знак заслуг Панина-Коломенкина в конце декабря 1909 г. его единогласно избрали почетным членом Общества любителей бега на коньках, а на Царскосельской юбилейной выставке 1911 г. и на Всероссийской гигиенической выставке 1913 г. ему присудили две большие золотые медали «За выдающееся в области спорта научное сочинение по фигурному катанию на коньках».

«Ледовый дворец»

В конце декабря 1911 г. в Петербурге торжественно открылся «ледовый дворец», предназначенный для катания на коньках круглый год. Назывался он «Дворец теплых льдов», или «Ice-Palace», разместился на Каменноостровском проспекте и входил в комплекс увеселительного сада «Аквариум», появившегося еще в 1880-х гг. благодаря стараниям энергичного купца Г.А. Александрова, поставившего дело на широкую коммерческую основу. Началось с того, что помещение ресторана он стал сдавать для проведения различных публичных выступлений и концертов, умножая доход и популярность своего заведения. При ресторане появились затем театр, аттракционы, «Сад тысячи огней» и много других увеселительных заведений.

Вся столичная пресса увлеченно сообщала о подготовке к открытию «Дворца льда», на все лады расписывая его достоинства. «Первое в России грандиозное роскошное здание искусственного ледяного катка, построенного по образцу лондонского „ICE PALACE”», – восторгался «Петербургский листок».