Ирина, врач:
Мне кажется, тут каждый интуитивно сам выбирает, чего больше хочет. У меня была пациентка, которой было очень важно прожить еще какое-то время, чтобы побыть с внуком, чтобы внук ее запомнил. Она была готова снова и снова проходить через операции, через облучение, жить с инвалидностью без половины органов, со стомой, но для нее это была, безусловно, настоящая жизнь. Ей этого хотелось, и она старалась прожить как можно дольше. Ей давали три месяца, а она прожила три года. Ездила в лес, наслаждалась обществом близких.
Другим пациентам важно, чтобы им дали спокойно умереть, и дополнительное время их не очень интересует. Они говорят: ну что я буду суетиться, страдать и мучить близких, чтобы еще полгода-год протянуть. Лучше пойду спокойно в хоспис, со всеми попрощаюсь и постепенно уйду на обезболивающих. И так и делают. Такое решение тоже достойно уважения.
Совсем не обязательно выбирать для себя жизнь в обнимку с кислородными концентраторами и не вылезать из аппаратов МРТ и КТ. Что действительно хорошо – так это иметь выбор на любом этапе. Реанимировать или нет, лечить или оставить как есть, спокойно умереть или бороться дальше. Заранее решить такие вопросы невозможно. Но мы можем поразмышлять о том, как это вообще бывает в жизни, чтобы до какой-то степени быть готовыми и выработать свое отношение к происходящему.
Юрий:
Знаете, немного стоицизма иногда не помешает. Девять лет назад у меня обнаружили заболевание, которое сейчас не особо себя проявляет, но в любой момент может быть внезапное ухудшение, и тогда – как повезет: спасут или не спасут, выкарабкаюсь или нет. Я вообще очень тревожный человек, мне все время нужно что-то делать, проявлять активность, я не могу просто сидеть и ждать сложа руки. Но в какой-то момент просто устал бояться. Мозг больше не хочет мусолить эту тему. Всплески тревоги бывают перед очередными обследованиями, но тут уж ничего не поделаешь. Зато после них чувствую жизнь острее и полнее.
В предыдущей главе мы уже немного поговорили о депрессиях в пожилом возрасте и о том, что такие депрессии излечимы. Продолжим тему настроения и взглянем на нее с другого ракурса.
Причин, запускающих депрессивные и тревожные состояния, обычно бывает сразу несколько. Есть биологическая склонность к депрессиям или к тревоге. Есть объективные предпосылки, которые могут так или иначе испортить настроение. Например, серьезные потери: смерть близких и друзей, увольнение с работы, финансовые проблемы, ссоры в семейном кругу и т. д.
Но есть и еще одна составляющая, которую я условно назову психологической устойчивостью. И если на судьбу или гены мы повлиять не в силах, то на то, чтобы стать устойчивее к стрессу, очень даже можем. В старости с человеком происходит много маленьких, средних и больших неприятностей. Те, кто умеет не замечать маленькие неприятности, адаптироваться к средним и, не разваливаясь психически, переносить большие, получат удовольствие от жизни в ее последней трети или четверти. Легко сказать! Если тебе повезло с детством и юностью, если не было серьезных психотравм, если ты верно выбрал свою дорогу, если у тебя есть смысл жизни, то и переносить трудности проще. А если в детстве и юности ты испытал на себе жестокость мира? Если потом перенес болезненные удары судьбы? Если полжизни барахтаешься в отношениях с человеком, который тебя презирает или не хочет учитывать твои желания? Тогда самое лучшее, что вы можете сделать для себя в преддверии зрелости и старости, – пойти на психотерапию.