Молли хотела больше любви. Дневник одного открытого брака

– Начнем с двух. Во-первых, звучит так, будто ты не чувствуешь взаимосвязи между своей сексуальностью и остальной частью твоей личности. А во‑вторых, похоже, ты боишься, что отношения Стюарта будут мешать вашему браку, особенно когда дело касается секса.

Черт возьми, как же он хорош. Митчелл неторопливо продолжает:

– Мне интересно, получится ли у вас со Стюартом использовать свои сексуальные эксперименты вне брака для создания более прочной связи между вами. Я считаю, что твой порыв пригласить Стю вместе поэкспериментировать с секс-игрушкой был верным шагом. Это показывает, что ты готова открыто говорить с ним о новом сексуальном опыте, который испытываешь, и о твоем желании интегрировать его в ваш брак.

– Но я не знаю, готова ли я слушать о сексуальных подвигах Стюарта, – признаюсь я. – Не хочу, чтобы он лгал мне, но я также не хочу знать никаких подробностей о женщинах, с которыми он встречается. Или что он с ними делает.

– Скажи ему об этом. Но у меня создалось впечатление, что Стюарт не прочь узнать о процессе твоего самопознания. Так что, возможно, тебе стоит начать именно с этого.

– Хорошо, – говорю я. – Это странно. Мы со Стюартом всегда могли открыто говорить о сексе или по крайней мере о нашем с ним сексе. И мне как-то неловко говорить о сексе, которым я занимаюсь не с ним, особенно о некоторых извращениях, которые пробую.

– Что для одного человека извращение, то для другого – наслаждение, – с улыбкой парирует Митчелл. – Судя по тому, что ты рассказывала мне о Стюарте, вряд ли ты его шокируешь.

– Тоже верно, – со смехом отвечаю я.

– Но неловкость, которую ты ощущаешь, размышляя о разговоре с мужем о сексе, подводит меня к той неувязке, о которой я упоминал ранее. Помимо своей сексуальности ты мало чем еще делишься с Лораном и Лео. Я думаю, что тебе следует попробовать раскрыться перед ними, рассказать, какая ты. Тебе нужно сократить ту пропасть, что есть между Мерседес и Молли.

* * *

Лоран даже не может четко произнести мое имя. Он просто рифмует его со словами, схожими по звучанию. В то же время, благодаря моим артикуляционным особенностям жителя Среднего Запада, последнюю согласную его имени я произношу с приглушенным бульканьем. Но в основном мы избегаем называть друг друга по именам. Поэтому я решаю, что Лео – лучший кандидат на роль того, с кем я могу поделиться какими-то подробностями о себе.

В течение следующих недель, вместо того чтобы отправлять ему сообщения с сексуальным подтекстом, как я обычно делала, я посылаю Лео аудиозаписи с моей игрой на гитаре и пением. Я приглашаю его на один из своих «концертов». По сути, это просто вечер с открытым микрофоном на маленькой сцене в одном из баров Бруклина. Лео сразу пишет мне, что с удовольствием придет, но за несколько часов до выступления я получаю от него следующее сообщение:

Сегодня у меня не получится, но ты разбивай сердца!

В этой фразе я вижу отсылку к песне Джоан Арматрейдинг[24], которую он предлагал мне выучить, так как считает, что она отлично подойдет моему голосу. Признаться честно, я часами работала над ней, стремясь отрепетировать ее достаточно хорошо, чтобы сыграть для него лично. Момент, когда я смогу реализовать свою задумку, видимо, еще не наступил, но я все равно чувствую, что наши взаимоотношения вышли за рамки просто секса. После очередной бурной близости Лео предлагает мне пропустить по стаканчику освежающего лимонада. Мы пьем его обнаженными на маленькой кухне квартиры мужчины. А через неделю после Рождества, когда мы встречаемся, Лео вручает мне банку консервированных лимонов, которые он подарил всем своим друзьям на праздники.

– Они отлично сочетаются с жареным цыпленком, – говорит он, пока я рассматриваю его подарок.

Для меня это кое-что значит. Я – человек, которого Лео может представить не только в своей постели, но и как женщину с такой насыщенной жизнью, что мне в любой момент может понадобиться оригинальная специя для незапланированного ужина с друзьями.

В одно унылое февральское воскресенье, пока Стюарт отводит Дэниела и Нейта в кино, я лежу в постели Лео. В его доме довоенной постройки радиаторы греют на всю мощь. Я встаю с кровати и распахиваю настежь окно. Лео лежит на кровати и, опершись на локоть, смотрит на меня. Я наслаждаюсь тем, как прохладный воздух обволакивает мое разгоряченное тело.

– Итак, Эм-Джей, у меня к тебе вопрос, – начинает Лео с улыбкой. В какой-то момент мы решили угадать вторые имена друг друга, используя в качестве подсказки только первую букву. Я почти сразу угадала, что второе имя Лео – Ричард. Но после нескольких безуспешных попыток – Дженнифер? Джослин? – его догадки стали еще более нелепыми. Джабба Хатт? Джей Ло? И мне кажется, что Лео теперь довольствуется тем, что называет меня по инициалам. Мне нравится быть Эм-Джей (ведь это имя девушки Человека-паука), это кто-то между реальной Молли Джин и ее альтер эго Мерседес Инвьерно.

– Нет, мое второе имя не Джамбалайя, – предугадывая его вопрос, отвечаю я.