Морская война

Операция эта замечательна как повторение примера атаки Гибралтара, где, в противоположность обычаю, обстреливание фортов с судов занимало первостепенное, а не второстепенное место. Мы уже заметили, что в деле при Гибралтаре трудно было сделать другой выбор атаки, и высадка, вопреки правилам, была произведена прямо против фасов укреплений, так как географические условия не позволяли поступить иначе. Здесь же, в Порто-Белло, географическое положение отнюдь не заставляло отступать от общепринятых правил, которые давали большую уверенность в успехе дела; но недостаточность сухопутных сил оправдывала избранный Верноном способ атаки. Так как здесь нет другого выбора, то мы можем заметить только, что необычайная смелость, если даже не безрассудство описанного нападения, оправдалась, вероятно, основанным на проверенных данных убеждением, что свойства гарнизона допускают такой исход, каким окончилась атака Вернона в действительности, и что как при Гибралтаре надежда на успех основывалась на малой численности гарнизона, так при Порто-Белло победа была следствием моральной слабости защитников укреплений.

Вернон затем решился сделать нападение на Картахену, хотя, я думаю, не с определенной целью овладеть ею, как это было в случае операции против Порто-Белло. Может быть, побудительной причиной принятого решения было прибытие подкрепления, состоявшего из брандеров, бомбард и продовольственных судов, под конвоем корабля «Гринвич». Почти достоверно, что присутствие бомбовых судов определило способ атаки, сообразовавшийся всецело также и с отсутствием серьезных сухопутных сил при эскадре.

Из эскизного плана гавани Картахены можно видеть, что расположение ее совершенно своеобразно. Город открыт для бомбардировки с моря, но к порту, составляющему главное значение города, можно приблизиться только через весьма узкий проход, называемый Бока-Чика, где может пройти не более одного судна. Поэтому завладение Бока-Чикой было первой необходимостью для возможности покорения города, только падение которого – вследствие ли бомбардировки или другого способа атаки – могло повлечь за собой и сдачу порта.

Вернон прибыл на вид высокого берега у Санта-Марты, восточнее Картахены, 1 марта 1740 г. Он имел с собой всего 5 линейных кораблей и 7 мелких и бомбовых судов, так как его флагманское судно «Бафорт» было оставлено в Порт-Рояле для осмотра подводной части, вследствие постановки его на мель у Порто-Белло. Одно судно он оставил на ветре для охранения подходов с востока, а сам 3-го числа стал на якорь против Картахены в открытом море. 6-го числа бомбовые суда под прикрытием мелких судов заняли свои места по диспозиции и открыли по городу огонь, продолжавшийся до утра 7-го числа. Количество вреда было нанесено только что «достаточное, – пишет Вернон, – для того, чтобы разбудить дона Блас де Лезо и дать ему знать, что я не намерен напасть на него врасплох». После этого Вернон снялся с якоря 10-го числа и, осмотрев в подробностях берег и Бока-Чика для последующих операций, удалился в Порто-Белло для наливки водой и с намерением, для достижения успеха, бомбардировать крепость Чагрес.

Операция эта производилась с 22 марта (1740 г.) систематически артиллерией бомбовых судов и трех линейных кораблей, стрелявших тщательно, без торопливости, только из орудий нижних деков до тех пор, пока 24 марта крепость не подняла переговорного флага и не сдалась.

Падение крепости Чагрес только после бомбардирования является в некотором роде новостью в летописях морской войны. Мы уже имели дело со взятием фортов сухопутными силами, без прямой поддержки со стороны флота; мы рассматривали случаи взятия фортов при таком участии флота, которое можно назвать вспомогательными действиями для сухопутных сил; наконец, мы видели и такие примеры, как при взятии Гибралтара и Порто-Белло, в которых флот играет главную роль, а атака сухопутных сил только завершает его дело. Мы видели и безрезультатные случаи бомбардирования. Это же падение Чагреса является первым примером бомбардирования, доведшего крепость до сдачи без помощи каких-либо других мер для атаки, но такой успех был исключительный и зависел от особенностей географического положения места и моральной слабости защитников.

Во все время решительно ничего не было слышно о возможности какого-либо вмешательства испанцев со стороны моря, откуда мы видим, что взятие Порто-Белло и Чагреса и бомбардировка Картахены сопровождаются тем важным стратегическим условием, что море находится в полном обладании нападающих. Едва ли можно приписать только случайному совпадению тот факт, что с ожиданием прибытия испанских морских сил замечается и прекращение нападений на территорию с моря. В начале июня 1740 г. Вернон получил известие от британского посла в Лиссабоне, что ожидается отплытие испанской эскадры из Кадиса будто бы в Вест-Индию. Верной тотчас же вышел в море из Ямайки и начал крейсировать на ветре в надежде встретить неприятеля; но, не получив об эскадре никаких известий, вернулся в Порт-Рояль[134].