Москва. Полная история города

Екатерина II поручила «генерал-поручику Бауэру произвести водяные работы для пользы престольного нашего города Москвы». Громовой ключ подходил идеально: Мытищи находятся на гораздо более высокой отметке, чем Москва, и вода оттуда могла идти самотеком. Но даже и при таких благоприятных условиях работы было немало, ведь воде нужно было преодолеть около 16 километров, а для этого нужно было соорудить подземные галереи и акведуки.

Строительство Мытищинского водопровода продолжалось 25 лет, и 28 октября 1804 года он был открыт. Этот день Московский водопровод считает своим днем рождения.

Увы, довольно скоро возникли проблемы: при строительстве использовалось дерево, оно начало гнить, да и в кирпиче появились трещины. Спустя всего десять лет качество воды уже сильно испортилось, теперь москвичи брали воду из фонтанов «только по совершенной нужде».

К 1830 году водопровод реконструировали, кирпичные водоводы заменили чугунными, а самотечную систему – водонапорной, для чего в селе Алексеевском соорудили насосную станцию с двумя паровыми машинами. Эта станция гнала воду в резервуары на Сухаревой башне, а уже оттуда вода направлялась по трубам к городским фонтанам на Сухаревой, Лубянской, Театральной, Воскресенской и Варварской площадях. В столице уцелело всего два таких фонтана: Петровский (на современной Театральной площади) и Никольский, раньше находившийся на Лубянке, а теперь перенесенный в Нескучный сад. Автором обоих был скульптор Витали.

Город наконец получил чистую воду, и радости москвичей не было предела. Поэт Языков даже написал по этому случаю стихи – и их выгравировали на часовне в Мытищах:

Отобедав сытной пищей,Град Москва, водою нищий,Знойной жаждой был томим;Боги сжалились над ним;Над долиной, где Мытищи,Смеркла неба синева;Вдруг удар громовой тучиГрянул в дол – и ключ кипучийПокатился: пей, Москва!

Социальные объекты

За свое царствование Екатерина построила в Москве не только столь нужный городу водопровод, но и еще несколько объектов, которые сейчас бы назвали социально-значимыми: это Павловская бесплатная больница[20] за Серпуховскими воротами, Воспитательный дом – приют для подкидышей, училище акушеров, заведение по народной гигиене, институт благородных девиц.

Инициатором строительства Воспитательного дома был известный филантроп Иван Иванович Бецкой. Императрица стала первой жертвовательницей. В числе благотворителей был и известный московский чудак Прокофий Акинфиевич Демидов – старший сын уральского горнозаводчика, богач, прославившийся своими причудами.

Дом его на Басманной улице был обшит снаружи листами железа: хозяин безумно боялся пожаров. Зато интерьеры особняка изобиловали золотом, серебром и самородками. Вместо обоев стены были затянуты бархатом. По комнатам ходили ручные обезьянки, а серебряные фонтаны на столах струили вино.

Демидов кичился своим богатством, устраивая забавы довольно дурацкие, но стоившие дорого. Так однажды организовал в Москве катание на санях в самый разгар жары в июле. Вместо снега по улицам он рассыпал немыслимое количество довольно дорогой соли. Впрочем, прокатившись на тройке, разрешил москвичам ту соль разобрать – не пропала.

Любил он над людьми издеваться: то поспорил с каким-то лентяем, что тот не сможет пролежать в постели целый год, не вставая. То организовал народную попойку с дармовым вином, так что несколько сотен человек померли с перепоя. То околоточного надзирателя извалял в меду и в пуху, прицепив ему к тому же лисий хвост. То издал сатиры такие злобные и грубые, что Екатерина повелела сжечь их под виселицей рукой палача. А Демидов взял в аренду все дома вокруг площади и принялся распродавать билеты на казнь своих творений, словно на представление. Как-то так сильно он разозлил государыню, что всегда добрая и сдержанная Екатерина отвесила ему здоровенную пощечину. Понял тут Прокофий Акинфиевич, что хватил через край и стал прощения просить. И тогда повелела ему императрица дать денег на Сиропитательный дом. Выполнил! Выстроил на свои средства родильный институт… Но и тут не мог удержаться от озорства: то выдаст учреждению тысячу рублей медными деньгами, то пришлет вместо денег каждому опекуну по скрипке… А потом, словно усовестившись, подарил приюту каменный дом свой на Донской улице, у церкви Ризоположения.

Ходил анекдот, что Демидов предложил полтора миллиона – гигантские деньги – на Университет, но с условием, что здание построят на Воробьевых горах. Тогда не срослось, а вот в наши дни именно там Университет и построили!

Москва – город контрастов