Москва строящаяся. Градостроительство, протесты градозащитников и гражданское общество

В апреле 2014 года общественная коалиция «В защиту старой Москвы», куда входил и Архнадзор, пригрозила «масштабным протестом» против сноса Шуховской башни [Градозащитники 2014]. Коалиция пользовалась явной поддержкой общественности. В рамках процесса принятия решения мэрия запустила электронный опрос; москвичам предложили с помощью iPhone с приложением Android проголосовать за будущее этого инженерного сооружения. Правнук В. Г. Шухова и Архнадзор возражали против опроса ввиду его очевидной непредставительности, поскольку у большинства столичных жителей айфонов нет [Eremenko, Naylor 2014]. Их опасения не оправдались. Из почти 78 000 жителей, принявших участие в опросе, 91% проголосовал за сохранение башни [Большинство 2014]. В июле город признал Шуховскую башню исторической достопримечательностью и пообещал отремонтировать [Tower 2014]. В августе Мосгорнаследие взяло башню под охрану [Иванова 2014].

Резюме: охрана и уничтожение культурного наследия при Собянине

В сентябре 2014 года Архнадзор опубликовал список 60 исторических зданий, разрушенных при Собянине [Черная книга 2014]. Правда, среди примеров были «Детский мир» – «унаследованная» проблема; строения в Сретенском монастыре, принадлежащем РПЦ; незаконно снесенный фасад дома Прошиных, упоминавшийся выше. Некоторые федеральные ведомства, например Министерство обороны, позволяют себе игнорировать усилия мэрии по сохранению старинных построек [В мэрии 2015]. Каково бы ни было точное количество уничтоженных зданий, ответственность за которые следует возложить на администрацию Собянина, оно выгодно отличается от примерно 100 памятников архитектуры, сносившихся при Лужкове ежегодно [Ne-chepurenko 2014]. Впрочем, если подсчеты Архнадзора корректны, темпы уничтожения растут; движение утверждает, что за первые шесть месяцев 2015 года были утрачены 23 исторических сооружения [Памятники 2015].

Город, естественно, предпочитает подчеркивать позитивные моменты. В 2012 году было восстановлено более 100 зданий [Мелешенко 2014]. В декабре 2013 года на Московском урбанистическом форуме Собянин объявил, что в городе идет реставрация 296 зданий, тогда как в 2010 году, когда он вступил в должность, на реставрации находились всего 10. В 2013 году общий объем вложений в реставрацию составил 13 500 000 000 рублей (около 450 000 000 долларов); частные инвестиции в реставрацию выросли с 1 000 000 000 (около 33 000 000 долларов) в предыдущем году до 5 500 000 000 рублей (около 183 000 000 долларов) [В Москве 2013]. По данным города, в 2014 году реставрационные работы проводились на 393 объектах культурного наследия, в том числе завершены на 125 объектах [Об итогах 2015]. На реставрацию в 2014 году было потрачено около 15 000 000 000 рублей, поступивших от федеральных, городских и частных инвесторов, причем от последних – 6 000 000 000 рублей[52] [Мелешенко 2014]. В целом город утверждал, что количество объектов культурного наследия в «неудовлетворительном состоянии» сократилось с 1325 в 2010 году до 838 в 2014 году [Об итогах 2015].

«Удовлетворительное правление»?

По мнению К. Сесил, с мая 2004 года

движение за сохранение культурного наследия в Москве окрепло и активизировалось, став важной частью низового гражданского движения, которое не боится отстаивать свои права, невзирая на политический характер проблемы [Cecil 2009].

Столичные градозащитники – это сила, с которой приходится считаться, эффективный постоянный институт, деятельно участвующий в управлении культурным наследием Москвы. Руководство движением осуществляет Архнадзор. В отличие от почтенного, доныне действующего ВООПИиК, Архнадзор с самого начала применял состязательный подход во взаимоотношениях с мэрией. Несмотря на готовность участвовать в управлении наследием и время от времени, когда это необходимо, признавать заслуги мэрии, Архнадзор никогда не уступал властям только потому, что это власти. Такая агонистическая политика представляет собой нечто новое для России, где обычно выбирали между подчинением, пассивным сопротивлением или организацией кровавого мятежа.

У администрации Собянина действительно имеются некоторые заслуги, хотя градозащитники, разумеется, по-прежнему находят много поводов для критики. Собянинская мэрия с самого начала работала над заменой коррумпированных чиновников профессионалами и реформированием возмутительных порядков, процветавших при Лужкове. По-видимому, у мэрии есть искреннее желание сохранить как можно больше столичных памятников, хотя ей, безусловно, приходится искать баланс между этой насущной задачей и другими, которые не обязан принимать во внимание Архнадзор.