Мозаика Великой Отечественной. От 22 июня до Курской дуги

Операция несколько раз откладывалась в ожидании благоприятных погодных условий. Немецкое командование рассчитывало в полной мере использовать авиацию 2-го воздушного флота, усиленного перегруппировкой нескольких авиасоединений из 1-го и 4-го воздушных флотов на флангах советско-германского фронта. Для прикрытия готовящегося наступления на московском направлении группы армий «Север» и «Юг» начали частные операции под Новгородом и Гомелем. Эти выпады действительно дезориентировали советское командование. Несколько свежесформированных дивизий и противотанковых полков были переданы Северо-Западному и Юго-Западному фронтам.

Наконец, в яркий солнечный день 10 августа 1941 г. на фронте под Вязьмой загремела артиллерийская подготовка. Советское командование ожидало прямого удара на Москву вдоль шоссе Смоленск – Москва или же продолжения наступления в тыл Юго-Западного фронта. Однако вместо этого оказалась взломана оборона войск Западного фронта к северу и югу от шоссе. На каждом из этих направлений была введена танковая армия. После прорыва обороны каждая из них разделилась надвое. По одной танковой группе устремилось на Москву, а две других двинулись на Вязьму, замыкая кольцо окружения за спиной армий Западного фронта. 12 августа Гитлер вышел на трибуну в берлинском Спортпаласе и бросил, выкрикнул толпе: «В эти часы на Восточном фронте происходят грандиозные события. Уже 48 часов ведется новая операция гигантских масштабов. Она приведет к окончательному уничтожению врага на Востоке!»

Москва была окружена через две недели после начала немецкого наступления. Однако еще долгие две недели на фронте стояла звенящая тишина. Изолировав советскую столицу, танковые группы остановились и стали ждать подхода пехоты полевых армий. Несмотря на все уговоры, Сталин остался в Москве. Он был подавлен гибелью сына и все еще надеялся, что удастся отстоять столицу. Когда начались уличные бои за город, Сталин лично руководил впоследствии ставшей легендарной контратакой у Белорусского вокзала. Здесь он и был убит шальной миной. Труп так и не опознали – немцы приняли невысокого рябого погибшего в френче за одного из многочисленных ополченцев. Несколько человек из ближайшего окружения советского вождя сумели ночью покинуть горящий город на спрятанном в одном из московских парков «Дугласе». Именно от них стало известно, что произошло со Сталиным.

Катастрофа с потерей столицы и гибелью вождя вызвала разброд и шатание в партийной верхушке. Произошла попытка государственного переворота. Путчисты стремились заключить новый «брестский мир». Однако путч соглашателей был безжалостно подавлен. Новым генеральным секретарем стал Вячеслав Молотов. Он произнес речь, в которой прозвучали слова: «Мы никогда не сдадимся…»

Об объективных и субъективных факторах битвы за Москву

Советское контрнаступление под Москвой в декабре 1941 г. – апреле 1942 г. часто выступает в роли сражения упущенных возможностей. Иногда утверждается даже, что Ржевско-Вяземская операция советских войск является провальной[193]. Разумеется, упущенные возможности персонифицируются: в качестве упустившего свой шанс на успех называют командующего Западным фронтом Г. К. Жукова. Прежде всего следует отметить, что в качестве упущенных возможностей и «провальных» результатов фигурирует невыполнение достаточно амбициозных задач, поставленных командованием перед войсками Западного и Калининского фронтов. Поэтому сразу встает вопрос о правильности и обоснованности постановки этих задач Ставкой.

Собственно, именно в такой форме ставился вопрос о действиях советских войск в зимней кампании 1941/42 г. в мемуарах военачальников. Если несколько формализовать утверждение об успехе и неуспехе операции, а также абстрагироваться от самой выполнимости сформулированных Ставкой ВГК и Генштабом задач, то можно говорить о достижении решительного результата в наступлении советских войск. Решительным результатом здесь может быть разгром крупных сил противника в результате окружения либо освобождение значительной территории. С этой точки зрения решительного результата в ходе Ржевско-Вяземской операции достигнуто действительно не было.

Однако важнейшим вопросом в этом случае становится анализ причин ограниченных успехов наступлений Западного и Калининского фронтов. Является это следствием недостатка сил и средств или же речь идет о просчетах военачальников в использовании имеющихся резервов? Разумеется, те или иные просчеты командиров и командующих являются неизменным спутником любых сражений. Поэтому имеет смысл говорить о месте и роли каждого из действующих факторов. Иными словами, насколько значимыми для развития событий были соотношение сил, мастерство командиров и командующих, а также череда других факторов – вплоть до погодных и природных условий включительно?