Мозаика Великой Отечественной. От 22 июня до Курской дуги

Этот недостаток объяснялся эвакуацией оборонной промышленности, вызванной захватом немцами промышленных районов на западе СССР. Только к концу декабря 1941 г. в основном были восстановлены мощности промышленности боеприпасов. Заводы заработали на новых местах, но медленнее других восстанавливались мощности пороховых заводов. Известный отечественный историк промышленности боеприпасов И. И. Вернидуб пишет: «В течение второго полугодия 1941 г. запасы боеприпасов основных артиллерийских калибров были почти полностью исчерпаны, а промышленность за это время изготовила 26 млн артиллерийских выстрелов, что составило 54 % утвержденного ГКО планового задания. <…> В четвертом квартале 1941 г. было произведено артиллерийских выстрелов на 20 % меньше, чем в третьем квартале»[199]. Для смягчения «снарядного голода» был предпринят завоз части боеприпасов с Дальневосточного фронта, Забайкальского и Среднеазиатского округов. Однако к началу 1942 г. возможности перераспределения накопленных до войны ресурсов оказались исчерпаны.

Лучше всего реальная ситуация видна по расходу боеприпасов войсками. Для сравнения взяты данные по Воронежскому фронту в августе 1943 г., в период проведения наступательной операции «Румянцев», и 1-го Белорусского фронта в апреле 1945 г., в период проведения Берлинской наступательной операции. Следует учесть, что Западный фронт в рассматриваемый период насчитывал 710–750 тыс. человек, Воронежский фронт – 740 тыс. человек, а 1-й Белорусский фронт – 908 тыс. человек. Различалось, разумеется, и количество вооружения. Так, Воронежский фронт к началу операции «Румянцев» располагал 4591 единицей 82-мм и 120-мм минометов, 1808 45-мм и 57-мм противотанковыми пушками[200]. Западный фронт располагал 1910 единицами 82-мм и 120-мм минометов, 848 противотанковыми пушками калибра 45 мм и 57 мм. То есть расход во второй половине войны производился большим количеством стволов, и перед нами все же не механическое увеличение настрела на единицу вооружения.

По приведенным данным хорошо видна существенная разница между расходом боеприпасов в декабре 1941 г., в первой фазе контрнаступления под Москвой, и в январе 1942 г., в начале Ржевско-Вяземской наступательной операции. Падает вдвое даже настрел боеприпасов к стрелковому оружию. Фактически накопленные для контрнаступления запасы к началу 1942 г. оказались исчерпаны. Расход боеприпасов в начале 1942 г. резко падает, сообразно с ним снижаются успехи советских войск.

Таблица 2. Расход боеприпасов фронтами в различные периоды Великой Отечественной войны (тыс. штук)[201]

Вместе с тем хорошо видна разница между зимней кампанией 1941/42 г. и кампаниями второй половины войны. Во-вторых, примерно вдвое в масштабах фронта возрастает расход 45-мм снарядов, 76-мм снарядов к дивизионным пушкам, 82-мм минометам. Следует отметить, что, помимо борьбы с танками, 45-мм пушки широко использовались для стрельбы по пехотным целям осколочными снарядами. Больше всего, скачкообразно, возрастает расход мин к 120-мм минометам. Причем динамика сохраняется в ходе всей войны. Настрел 120-мм мин возрастает вдвое даже в период с 1943 по 1945 г. Получается, Красная армия и ее тактические единицы – батальоны, полки – получили возможность устранять огнем встречающиеся на пути препятствия, в частности пулеметные гнезда противника. Всех этих возможностей не было у полков и батальонов соединений Западного фронта в наступательной фазе битвы за Москву.

К началу Ржевско-Вяземской операции, точнее на 1 января 1942 г., Западный фронт располагал весьма умеренными запасами боеприпасов. Так, 76-мм выстрелов к дивизионным пушкам имелось всего 0,57 боекомплекта на орудие, или 90,2 тыс. штук, 82-мм мин – 0,4 боекомплекта, или 54,2 тыс. штук, 120-мм мин – 0,47 боекомплекта, или 5,5 тыс. штук. Если огневая система обороны не была полностью вскрыта к началу наступления и не поражалась гаубичной артиллерией в ходе артподготовки, то возможностей подавить невскрытые огневые точки у частей Западного фронта имелось куда меньше, чем у частей Воронежского фронта в 1943 г.