Мустафа Голубич – тайный агент Сталина

– Я немного знаю об этой системе, ну, а что австрияки? Они что, ничего не видели, не знали?

– Если бы. В 1908 году они не просто объявили об аннексии Боснии. Они еще потребовали от Сербии прекратить всю анти-австрийскую пропаганду, то есть, запретить работу Народной одбраны.

– А Россия? Почему она не защитила нас?

– Э-э, дорогой мой Гаврило, после войны с Японией ей было не до нас. Вернее, там еще германский кайзер возник. Он пригрозил нашим русским братьям, что если они не признают аннексию Боснии, то Австро-Венгрия начнет войну против Сербии. Понимаешь, как они все завязали в один узел? России пришлось смириться.

Историческая справка. Россия не только была не в состоянии вести войну. Она еще пыталась выторговать для себя свободу пользования проливами из Черного моря в обмен на признание аннексии. В результате она проиграла везде, а аннексия стала самым большим шагом к мировой войне.

* * *

Раннее утро. Редкостная красота характерна для этих мест, особенно в летнее время. Но молодым путникам не до нее. Быстрым шагом Мустафа Голубич и Данило Илич подходят к боснийско-сербской границе с боснийской стороны, за руку здороваются с пограничниками, о чем-то долго и горячо говорят, снова пожимают им руки и переходят на сторону Сербии. Мустафа оборачивается и громко кричит:

– Так не забудьте, друзья! Послезавтра. Их будет трое. Все молодые, но какие это люди, братья!

* * *

Вечер уже лег на склоны гор. То же место на границе. К пограничникам, но уже другим, вновь подходят Мустафа и Данило. Здороваются, как хорошо знакомые люди, и переходят на сторону Боснии.

– Будьте осторожнее, братья. Из-за этих будущих маневров австрияки понаехали. Сегодня утром здесь были, выспрашивали, не было ли «гостей» из Сербии? Боятся за своего Фердинанда.

– Ничего, у нас бумаги в порядке. Спасибо за предупреждение. А что, завтра не будет австрияков?

– Утром и вечером нет. Если и будут, то в середине дня.

Мустафа и Илич переглядываются. Приветственно машут рукой и бодро пускаются в путь.

* * *

Мустафа с другом в глухой лесной чаще. Маленький костерок, на нем кипит котелок.

– Вот будет незадача, если австрийцы перекроют переход и заночуют здесь. Э-э-х, если бы лошадей достать. Все-таки много нас будет – можем внимание привлечь.

– Нет, Мустафа, это очень опасный способ перехода границы. Если их остановит простой патруль, не говоря уже об австрийцах, то это будет провал.

– Нет, не провал, а катастрофа. Они же понесут оружие. Нужно срочно связаться с Белградом. Нужно придумать новые пути. Связаться нужно с Цигановичем. Срочно.

* * *

Во время сараевского процесса над участниками покушения особое внимание суда было обращено на два вопроса: где заговорщики взяли револьверы и бомбы, и как они доставили все это в Сараево. Это были далеко не праздные вопросы. Ответы на них раскрывали степень участия сербской стороны в убийстве эрцгерцога. Было установлено, что проблемой подготовки боевиков занимались Танкосич, Голубич и Циганович. Последний также отвечал за оружие и переправку группы.

Отвечая на немые вопросы своих подопечных, Циганович все время повторял, что нужно дождаться приезда Радослава Каземировича, который отправился в большое европейское турне. Сейчас уже очевидно, что масон Каземирович согласовывал предстоящее событие со своими руководителями, и получал деньги на его организацию. Циганович тоже был масоном и не мог не получить разрешения на свои дальнейшие шаги.

Наконец-то он их получил, а вместе с ними и оружие. Бомбы из арсеналов сербской армии в Крагуевце, а револьверы от Танкосича лично.

Австрия припомнит майору Танкосичу это оружие. Его выдачи потребуют персонально в печально известном ультиматуме, предъявленном Сербии.

Переход Голубича из Сербии в Боснию и обратно выглядел приятным туристическим походом по сравнению с тем, что пришлось перенести Габриновичу, Принципу и Грабешу. Снабженные документами от Цигановича и обремененные оружием молодые боевики по реке добрались до границы с Боснией, где встретились с майором Поповичем. В беседе с ним они выяснили, что контроль на границе ужесточился, и поэтому решили разделиться, чтобы не привлекать излишнего внимания. Все оружие Принцип и Грабеш взяли на себя, Габринович пошел налегке. Обе группы Попович снабдил рекомендательными письмами, адресованными своим подчиненным и соратникам по Народной одбране. Да, организация формально перестала существовать, но вся цепочка связных, курьеров и проводников, подготовленных еще к войне с Турцией, сохранилась, и время от времени использовалась. Помогла она и на этот раз.