Мустафа Кемаль Ататюрк – основатель новой Турции

Строительство первого в Турции современного хлопчатобумажного комбината в Кайсери Туркстрой осуществил в 1934–1936 годах, а второго, в Назилли, – в 1935–1937 годах. 16 сентября 1935 года состоялось торжественное открытие комбината в Кайсери в присутствии Ататюрка, членов правительства, советских специалистов и десятков тысяч турецких зрителей. Джеляль Баяр в своём выступлении отметил, что недавний мировой кризис показал: будущее стран, сосредоточивших свои усилия только на сельском хозяйстве, трагично. «Статистика свидетельствует, что первое место в списке импортируемых в страну товаров занимают ткани. Получается, что Турция за бесценок продаёт своё сырье, а за изготовленные из него изделия платит дорого… Комбинат в Кайсери станет не только памятником турецко-советской дружбы, но и блестящим примером заново созданной и удивившей весь мир крупной советской индустрии… Советские специалисты и рабочие показали блестящие образцы трудовых усилий, спасибо им».

В такой же торжественной обстановке, и опять в присутствии Ататюрка и Баяра, 9 октября 1937 года был открыт комбинат в Назилли, включавший в себя первую в Турции фабрику набивного ситца. Численность рабочих на комбинате составила 2400 человек.

В период строительства было подготовлено в СССР для работы на комбинатах больше 140 квалифицированных турецких рабочих, мастеров и техников, прошли стажировку более 15 инженеров. При комбинате в Кайсери было создано профессионально-техническое училище, которое готовило квалифицированных рабочих не только для названных комбинатов, но и для других текстильных фабрик страны. После завершения строительства оба комбината поступили в ведение Сумербанка.

Летом 1932 года Турция была принята в Лигу Наций. В 1930-е годы Турция предприняла в целом успешные шаги по определению своего места в международной политике, основываясь на принципах Лозанны, на провозглашенном Ататюрком лозунге «мир в стране, мир в мире». В 1930 году произошло историческое событие – визит премьер-министра Греции Венизелоса в Турцию. Два бывших врага встретились почти как друзья. Греческое правительство установило мемориальную доску на доме в Салониках, где было написано: «Гази Мустафа Кемаль, выдающийся борец за турецкую нацию и активный участник Балканского союза, родился в этом доме».

Румыно-турецкий договор 1933 года о дружбе, арбитраже и ненападении, предшествовал, вместе с другими договорами, созданию Балканской Антанты (Балканского пакта). Этот союз Греции, Румынии, Турции и Югославии был заключен в Афинах в 1934 году, чтобы сохранить сложившееся после Первой мировой войны соотношение сил на Балканах.

В мае 1928 года король Аманулла стал первым главой государства, посетившим республиканскую Турцию. Отношения Анкары с Афганистаном, Ираном и Ираком увенчались в 1937 году заключением Саадабадского пакта, оформившего политический блок этих стран. Он был подписан в Саадабадском дворце Тегерана и предусматривал неприкосновенность общих границ, отказ от агрессии, невмешательство во внутренние дела и т. д. В преамбуле пакта отмечалась общая цель всех четырех участников пакта: «обеспечение мира и безопасности на Ближнем Востоке путём предоставления гарантий в дополнение к тем, которые предусмотрены Соглашением Лиги Наций».

Начиная с 1933 года, турецкая дипломатия стала зондировать возможность пересмотра Лозаннской конвенции 1923 года, чтобы добиться ремилитаризации проливов. Ведь пока что Турция была обязана демилитаризовать Босфор и Дарданеллы и допустить в Стамбул международную комиссию по наблюдению за выполнением конвенции. Военные корабли нечерноморских держав могли заходить в Чёрное море фактически без каких-либо серьёзных ограничений. В результате инициативы Турции, поддержанной СССР, в июне – июле 1936 года на международной конференции в Монтрё была выработана новая международная конвенция о проливах, действующая и поныне.

Советская сторона поддержала требование Турции о ремилитаризации проливов и даже изъявила готовность сама их вооружить. Но турки такое предложение отвергли, справедливо полагая, что при наличии советских войск и флота в проливах турецкий суверенитет будет существенно ограничен.

Англию не удовлетворяли предполагаемые ограничения прохода через проливы для военных кораблей нечерноморских держав, короткие сроки их пребывания в Чёрном море и обязательно фиксируемая цель посещения Чёрного моря. Советская же сторона была против пункта об ограничении прохода через проливы военных судов черноморских держав.

Оказалась неприемлемой для советской стороны и турецкая позиция, предусматривавшая ограничение тоннажа военных кораблей черноморских стран при проходе через проливы. Турцию интересовала прежде всего ремилитаризация проливов, режим самого Чёрного моря и безопасность черноморских стран её интересовали в меньшей степени. Стало очевидным в этом вопросе совпадение интересов Турции и Англии, в ущерб интересам СССР.