Муж под прикрытием. Шесть жизней мистера Джордана

Уилл предупреждал, что не сможет объяснить все откровенно, но постарается в меру сил. Я уже знала, чем он занимался в прошлом, поэтому сейчас он писать об этом не будет – лучше не перегружать информацией одно письмо. Он может лишь сказать, что по роду своей работы вынужден был контактировать со множеством «сомнительных» личностей и даже организаций, поскольку они были для него источниками информации. Через них он приобретал оружие и порой кого-то вербовал. Последнее его задание было связано с проникновением в британскую мусульманскую общину, где были весьма опасные личности. «Обычно это делалось через посредника», – писал он. Такому человеку можно доверять, хотя непосредственного отношения к разведке он не имеет. На последнем задании таким посредником был сын «бизнесмена из Брэдфорда, у которого были связи с антизападными силами в северном регионе».

Уилл подробно рассказывал мне о подобных вещах в прошлом, но никогда еще не писал об этом. Теперь же подробно рассказал о своем задании: он должен был завербовать человека, который смог бы ввести его в интересующую разведку группу, рассказал мне все детали, назвал имена. Это потрясло меня до глубины души. Никогда прежде он так не поступал. Судя по всему, у Уилла очень серьезные проблемы. Физическая опасность угрожает ему или нам всем. Я была страшно напугана, но в то же время испытывала необычный прилив адреналина.

Он писал, что младшего брата его связного убили во время летних беспорядков 2001 года, и эта утрата заставила связного усомниться в правильности действий своего отца и в соответствии с духом веры. Уилл использовал эти сомнения, чтобы подружиться с этим человеком и уговорить помочь ему проникнуть в общину.

Когда задание было выполнено, Уилл устранился, следуя обычным процедурам, и полагал, что на этом все кончено. И он никак не рассчитывал наткнуться на того же молодого человека, работая по контракту в Кембридже. На второй месяц работы его познакомили с аналитиком, «приехавшим» из Пакистана. Им оказался тот самый молодой человек, который изменил внешность и сменил документы. Проблема заключалась в том, что он тоже узнал Уилла.

Именно по этой причине ему пришлось свернуть работу в Кембридже. И вот почему в нашей жизни появилось столько проблем. Я начала понимать, к чему он клонит, но все еще не понимала, почему он решил мне все так подробно рассказать.

Уилл писал, что моя финансовая помощь позволила ему подготовить документы для ухода из ЦРУ. Ему нужно было сделать так, чтобы все следы из Кембриджа указывали на Оксфорд – то есть на Мишель, – а не на Шотландию и его реальную семью. Но Уилл считал, что тот молодой человек сообщил другим оперативникам о его перемещениях – ведь он с легкостью мог узнать о его регистрации в кембриджской компании. После этого было бы безумием связываться с кем-то еще, поскольку означало бы подвергнуть людей серьезной опасности.

После ухода из кембриджской компании он старался «затеряться» и порвать все связи с теми, кто ему дорог, – особенно с нами. Сделать это было очень трудно, поскольку у него не осталось доступа к возможностям своего истинного работодателя, то есть ЦРУ. Ему пришлось воспользоваться услугами «нежелательных» личностей и «совершить ряд сомнительных поступков», о которых он сожалел. «Но все это только потому, что я серьезно опасаюсь за вашу безопасность. Сейчас, когда должен родиться ребенок, просто не могу пойти на такой риск и оставить это дело незавершенным».

Я задрожала от ужаса и быстро дочитала письмо. Если Уилл опасается за нас, значит, нам грозит серьезная опасность. Он всегда был твердо уверен, что может нас защитить и обеспечить нашу безопасность. Сейчас же его уверенность пошатнулась, и меня это напугало. Вроде бы Уилл не писал о деньгах, но мне было совершенно ясно, что ему нужно и почему он пишет так подробно.

«Мэри, мне нужно, чтобы ты кое-что сделала для меня. Я знаю, это идет вразрез со всем, что ты говорила, и может тебя сильно огорчить. Возможно, это даже на какое-то время испортит твои отношения с семьей. Ты должна знать, что я говорю тебе все это по одной лишь причине. Я оказался в отчаянном и совершенно безвыходном положении. Мне нужно занять 5000 фунтов, и я не могу даже сказать, когда верну эту сумму».

К пятнице ему нужно было 3000, на следующей неделе 2000. Если я подтвержу, что это возможно, он «даст инструкции, что делать дальше», приедет домой и останется до четверга.

Сердце мое упало. Я знала, что никак не смогу собрать такую сумму.