Читаем Мы – электрические. Новая наука об электроме тела полностью

На протяжении последних пятидесяти лет мы верили машинам и инженерам, предвосхищавшим расцвет всеведущего искусственного интеллекта и киборгов, что для некоторых людей означало избавление от нашей немощной “телесной плоти” и переход к трансгуманистическому будущему, в котором все биологические ткани будут усовершенствованы до уровня кремния. Но в последнее время сияние ИИ стало угасать, поскольку мы постепенно осознаем, насколько ограничен на самом деле кремниевый интеллект. Существующие материалы не позволяют производить даже бедренные протезы со сроком службы дольше десяти лет – так как же мы собираемся создавать постоянно действующие телепатические нейронные устройства, подсоединенные к нашему мозгу? Современные исследования в области биоэлектричества показывают, что будущий прогресс, вероятно, может быть основан не на замене биологии кремнием и электронными устройствами, а на самой биологии.

Теперь мы начинаем отдавать должное многим новаторам в области биоэлектричества, которых поначалу игнорировали и высмеивали. Это относится не только к Гальвани, но и к Гарольду Сакстону Бёрру, чьи предсказания относительно рака и развития постепенно получили подтверждение, как и идея Гальвани об искре жизни. Отдельные предположения Бёрра, по-видимому, во многом оказались справедливыми, однако в книге, опубликованной в 1974 году, он, кроме того, пытался объединить все свои экспериментальные данные в единую гипотезу. Он считал, что в тот момент, когда биологи начнут изучать силы, а не только частицы, в биологии произойдет концептуальный скачок, по значимости сравнимый с расщеплением атома в физике.

Но тогда возникает последний вопрос. А что потом?

Узнав о существовании микробиома, мы поняли, что его можно корректировать, если употреблять в пищу корейскую капусту и много овощей. До настоящего момента изучение электрома не позволило сделать каких-либо аналогичных выводов для самоусовершенствования.

Взлом нашей памяти или разгон нашего мозгового “процессора” для достижения бесконечной продуктивности пока недостижимы, и я надеюсь, что моя книга достаточно ясно разъяснила, почему это так. И надеюсь, я убедила вас, что это все равно неправильный подход.

Взгляните на эту проблему с моей точки зрения. Помог ли мне метод tDCS бороться с моим недостатком (постоянным недовольством собой) и не будет ли длительное использование метода создавать несправедливое преимущество? Я уверена, что критический внутренний голос не является уникальным свойством моего мозгового пейзажа.

Много чернил было потрачено на обсуждение того, где проводить границу между медицинской необходимостью и косметическим усовершенствованием. Люди задают этот вопрос постоянно в связи с самыми разными когнитивными (и косметическими) улучшениями, но пока, кажется, никто не нашел правильного ответа. По-видимому, дело в том, что чем серьезнее относиться к этому вопросу, тем тревожнее он звучит. Понятно, что чем больше людей произведет то или иное усовершенствование, тем большее давление они будут оказывать на окружающих (и на самих себя!), чтобы сохранить свое преимущество, и тем в большей степени неусовершенствованная норма просто по инерции будет превращаться в недостаток. Такое осуждение коснется не каких-то отдельных людей – это станет классической трагедией всего общества.

Например, эта тема имеет непосредственное отношение к спорту. Обсуждая метод tDCS с корреспондентом журнала Outside Алексом Хатчинсоном, экс-президент Гастингского исследовательского центра по биоэтике Томас Мюррей заявил, что “как только спорт начинает использовать какую-то эффективную технологию, это становится тиранией. Все становятся обязаны ее использовать”. Хатчинсон мрачно и совершенно справедливо заметил, что “если профессионалы начнут «подключать мозг», не думайте, что это не дойдет до учащихся колледжей, университетов и даже до резервистов”. Однажды включившись в игру, остановиться уже не получится.

И поэтому мой последний призыв к тем, кто прочел мою книгу от начала и до конца, заключается в следующем: когда кто-то пытается продать вам какое-то устройство подобного рода – задумайтесь, кто от этого выиграет. Почему кто-то пытается продать это вам? Действительно ли вам это нужно? Задумайтесь не только о том, “правильно ли были проведены испытания”, но и о том, что же будет дальше. Поможет ли этот метод избавить вас от страданий? Или только оттянет решение проблемы, поскольку ваша новая норма в конечном итоге вновь окажется ниже стандарта и заставит переходить к следующему этапу улучшения? И ответы на этот вопрос окажутся совсем разными в тех случаях, когда дело касается борьбы с раком или просто возможности стать более эффективным работником.

Перейти на страницу:

Все книги серии Книжные проекты Дмитрия Зимина

Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?
Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных?

В течение большей части прошедшего столетия наука была чрезмерно осторожна и скептична в отношении интеллекта животных. Исследователи поведения животных либо не задумывались об их интеллекте, либо отвергали само это понятие. Большинство обходило эту тему стороной. Но времена меняются. Не проходит и недели, как появляются новые сообщения о сложности познавательных процессов у животных, часто сопровождающиеся видеоматериалами в Интернете в качестве подтверждения.Какие способы коммуникации практикуют животные и есть ли у них подобие речи? Могут ли животные узнавать себя в зеркале? Свойственны ли животным дружба и душевная привязанность? Ведут ли они войны и мирные переговоры? В книге читатели узнают ответы на эти вопросы, а также, например, что крысы могут сожалеть о принятых ими решениях, воро́ны изготавливают инструменты, осьминоги узнают человеческие лица, а специальные нейроны позволяют обезьянам учиться на ошибках друг друга. Ученые открыто говорят о культуре животных, их способности к сопереживанию и дружбе. Запретных тем больше не существует, в том числе и в области разума, который раньше считался исключительной принадлежностью человека.Автор рассказывает об истории этологии, о жестоких спорах с бихевиористами, а главное — об огромной экспериментальной работе и наблюдениях за естественным поведением животных. Анализируя пути становления мыслительных процессов в ходе эволюционной истории различных видов, Франс де Вааль убедительно показывает, что человек в этом ряду — лишь одно из многих мыслящих существ.* * *Эта книга издана в рамках программы «Книжные проекты Дмитрия Зимина» и продолжает серию «Библиотека фонда «Династия». Дмитрий Борисович Зимин — основатель компании «Вымпелком» (Beeline), фонда некоммерческих программ «Династия» и фонда «Московское время».Программа «Книжные проекты Дмитрия Зимина» объединяет три проекта, хорошо знакомые читательской аудитории: издание научно-популярных переводных книг «Библиотека фонда «Династия», издательское направление фонда «Московское время» и премию в области русскоязычной научно-популярной литературы «Просветитель».

Франс де Вааль

Биология, биофизика, биохимия / Педагогика / Образование и наука
Скептик. Рациональный взгляд на мир
Скептик. Рациональный взгляд на мир

Идея писать о науке для широкой публики возникла у Шермера после прочтения статей эволюционного биолога и палеонтолога Стивена Гулда, который считал, что «захватывающая действительность природы не должна исключаться из сферы литературных усилий».В книге 75 увлекательных и остроумных статей, из которых читатель узнает о проницательности Дарвина, о том, чем голые факты отличаются от научных, о том, почему высадка американцев на Луну все-таки состоялась, отчего умные люди верят в глупости и даже образование их не спасает, и почему вода из-под крана ничуть не хуже той, что в бутылках.Наука, скептицизм, инопланетяне и НЛО, альтернативная медицина, человеческая природа и эволюция – это далеко не весь перечень тем, о которых написал главный американский скептик. Майкл Шермер призывает читателя сохранять рациональный взгляд на мир, учит анализировать факты и скептически относиться ко всему, что кажется очевидным.

Майкл Брант Шермер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов
Записки примата: Необычайная жизнь ученого среди павианов

Эта книга — воспоминания о более чем двадцати годах знакомства известного приматолога Роберта Сапольски с Восточной Африкой. Будучи совсем еще молодым ученым, автор впервые приехал в заповедник в Кении с намерением проверить на диких павианах свои догадки о природе стресса у людей, что не удивительно, учитывая, насколько похожи приматы на людей в своих биологических и психологических реакциях. Собственно, и себя самого Сапольски не отделяет от своих подопечных — подопытных животных, что очевидно уже из названия книги. И это придает повествованию особое обаяние и мощь. Вместе с автором, давшим своим любимцам библейские имена, мы узнаем об их жизни, страданиях, любви, соперничестве, борьбе за власть, болезнях и смерти. Не менее яркие персонажи книги — местные жители: фермеры, егеря, мелкие начальники и простые работяги. За два десятилетия в Африке Сапольски переживает и собственные опасные приключения, и трагедии друзей, и смены политических режимов — и пишет об этом так, что чувствуешь себя почти участником событий.

Роберт Сапольски

Биографии и Мемуары / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже