Мы не говорили об этом, мама

Итак, четвертый курс. Мою бабушку А. положили в психиатрическую больницу – это папина жена постаралась, напрягла связи. Судя по всему, это было сделано для дальнейшего оформления опеки над бабушкой и переоформления 5/6 квартиры, которой владела бабушка, на папу как на опекуна. Бабушка А. позвонила мне с просьбой о помощи. Мы с И. спрятали бабушку от ищущих ее папы и его жены О. на даче у И. и переоформили эти 5/6 бабушкиных долей на меня, чтобы решить вопрос с опекой. Все это происходило в сентябре, я слабо помню себя в это время, но если к нему был бы нужен саундтрек, то, наверное, он был бы из фильма «Миссия невыполнима».

Меня очень поддерживала риелтор И., без нее я бы не справилась. Я помню, как она везла меня к бабушке А. для разговора о переоформлении на меня тех 5/6 частей в квартире. Мы заехали на заправку, она купила мне сок в стеклянной бутылке и шоколадку. Это было так трогательно и… похоже на праздник в концлагере. Риелтор И. стала для меня опорой в то время, я многому научилась у нее, в том числе поведению в конфликтах. Мы и сейчас общаемся, и ее мнение для меня очень важно.

Пока я прятала бабушку на даче в глубоком Подмосковье (а еще училась и работала, конечно же), сестра моего молодого человека Ю., до сих пор впечатленная приездом моих родителей, решила, что я действительно неблагонадежная девушка: мои родители обо мне плохо отзываются, а я еще и пропадать куда-то стала. В общем, дело кончилось моим расставанием с Ю., а чуть позже мы вернулись с бабушкой А. в ее, а теперь уже, получается, на 5/6 мою, квартиру. Расставание в этот раз я переживала больнее: снова этот разговор на кухне, снова выбор не в мою пользу.

Как выяснилось, в то же время оставшуюся 1/6 долю бабушкиной квартиры у дальних родственников выкупил папа. Он оформил эту часть на имя своей новой тещи – знакомьтесь, новый герой нашего драматически-детективного рассказа – Л. Н., опытная в вопросах дожимания людей женщина, которая всегда могла прикрыться преклонным возрастом и имитацией маразма.

Юридическая сводка: Л. Н. угрожает продать свою долю в квартире бог знает кому и регулярно приезжает со скандалами; у меня по закону преимущественное право покупки 1/6, но нет денег – и, судя по динамике продаж, деньги будут нескоро; моя мама на всех потенциальных покупателей квартиры вызывает полицию. Я поняла, что Л. Н. наши с ней скандалы, скорее всего, записывает на диктофон, поэтому открыто говорить с ней я не хотела и нашла гениальное решение: соседи из квартиры напротив, алкоголики со стажем! Во время приездов Л. Н. я просто стучалась к ним, обещала «накрыть поляну», и все: люди с маргинальной внешностью и мастерски владеющие русским матом приходили меня защищать! Что касается мамы, риелтор И. вела с ней переговоры, которые в целом немного улучшили ситуацию. Правда, в маме проснулась ревность по отношению к И., я такого поворота событий не ожидала и не очень понимала, что же делать дальше.

Помогла случайность. Папа почему-то решил, что О. беременна, и сказал об этом бывшей жене, то есть моей маме, которая испугалась перспективы получить прописанного в квартире ребенка, поэтому согласилась на продажу квартиры с условием отдать ей половину денег или даже больше.

Кстати, отдельная форма издевательства – это то, как моя мама покидала уже проданную квартиру: в день икс она позвала в квартиру многих наших общих знакомых и собирала последние вещи под страшные рыдания, а знакомые подходили ко мне и матюкали за то, «до чего я довела мать». Причем на передачу ключей в тот день мама специально пригласила меня на раннее время, а я в силу своей пунктуальности, к сожалению, не опаздываю.

Продажа была очень сложной, но в итоге удалась: маме купили квартиру, мне осталась примерно треть денег, из которой я оплатила стоимость 1/6 нашей с бабушкой А. квартиры (кстати, мне пришлось тоже обратиться в суд, чтобы он назначил адекватную цену этой доли и заставил Л. Н. продать ее мне); остаток денег я положила на вклад.

Ну что, финал драмы с элементами детектива?! Извините, если утомила. Итоги: красный диплом, неплохие заработки как репетитора и квартира, где никто уже не мог меня достать.

Я не стала включать в рассказ еще нескольких персонажей, которые просто словесно оскорбляли меня все эти четыре года (другая моя бабушка, например); несущественные для описываемой темы юридические разбирательства, в которые я так или иначе оказалась втянутой; и мои путешествия с друзьями, которые стали настоящей отдушиной в то время.