На краю пропасти. Экзистенциальный риск и будущее человечества

Нашим потомкам будет гораздо проще ответить на эти вопросы. По крайней мере, они наверняка смогут развить и расширить человеческие возможности – умение сопереживать, интеллект, память, концентрацию, воображение. Благодаря этому, возможно, появятся совершенно новые формы человеческой культуры и познания: новые игры, танцы, истории, новые взаимодействия мыслей и эмоций, новые формы искусства. У нас будут миллионы – а может, миллиарды и триллионы – лет, чтобы продвинуться гораздо дальше и исследовать самые дальние рубежи того, что вообще можно познать, почувствовать, создать и понять.

В этом отношении возможное качество нашего будущего сопоставимо с его возможными продолжительностью и масштабом. Мы увидели, что человеческая цивилизация опробовала лишь малую долю из того, что возможно во времени и пространстве. В каждом из этих измерений мы можем увеличить масштаб до головокружительного уровня, и тогда нам предстанут едва поддающиеся воображению просторы, которые ждут первооткрывателей и исследователей. Такие масштабы знакомы современной науке. Наши дети очень рано узнают, что житейский опыт знакомит нас лишь с крошечной частью материального мира.

Менее распространена, но ничуть не менее важна идея о том, что пространство возможного опыта и образа жизни, а также уровень процветания, доступный в зависимости от них, может быть не менее огромным и что обычная жизнь дает нам представление лишь о сравнимо ничтожной их части. В этом смысле исследование процветания на текущем этапе истории может быть сродни астрономии до изобретения телескопа: когда видно немногое, легко подумать, что Вселенная невелика и ориентирована на человечество. И все же было бы странно, если бы этот единственный вид приматов, который эволюция наделила ограниченным набором сенсорных и когнитивных способностей, всего через несколько тысяч лет существования цивилизации приблизился к максимально возможному качеству жизни. На мой взгляд, гораздо вероятнее, что мы только начинаем свое восхождение.

Скорее всего, реализовав свой потенциал и придя к истинному процветанию, мы уже не будем такими, как сегодня. Не забывайте, что эволюция не остановилась на человеке. Существовало много видов рода Homo, и можно ожидать, что за 1–2 млн лет мы постепенно станем другим видом в сравнении с сегодняшним Homo sapiens. Это в конце концов случится, если мы никак этому не помешаем. Генетические технологии нашего века предоставят нам инструменты, чтобы трансформироваться гораздо быстрее, если мы того захотим. На горизонте маячат и другие пути трансформации, например импланты для цифрового расширения нашего ума и разработки в сфере искусственного интеллекта, позволяющие нам создавать совершенно новые типы существ, которые присоединятся к нам или придут нам на смену.

Такая трансформация сопряжена с серьезными рисками: могут возникнуть неравенство и несправедливость, единое человечество может расколоться на части, а непредвиденные последствия могут сказываться на нас на протяжении огромного времени. Некоторые из этих рисков экзистенциальные. Если мы заменим себя чем-то, что будет значительно хуже, или чем-то, что вообще окажется лишенным ценности, над нашим будущим нависнет угроза, и так же произойдет, если какое-либо усовершенствование приведет к масштабному конфликту или общественному коллапсу. Но если мы попытаемся навсегда сохранить человечество таким, как сейчас, мы тоже можем растратить свой потенциал, отказавшись от большей его части.

В связи с этим я смотрю на возможность трансформировать самих себя с осторожным оптимизмом. Если мы зрело подойдем к преодолению трудностей, такая трансформация предоставит нам ценный шанс расширить границы своих возможностей и гораздо лучше изучить, как прекрасна может быть жизнь. Я люблю человечество не потому, что мы принадлежим к виду Homo sapiens, а потому, что мы умеем добиваться успеха и можем привести к процветанию весь окружающий мир. В этом смысле – что, пожалуй, важнее всего – наши потомки, как бы сильно они от нас ни отличались, могут достичь таких высот, до которых нам сегодня никак не дотянуться.

Решения

Я перечислил три критерия человеческого потенциала и описал горизонты времени, пространства и опыта, которые открываются нам в будущем. Мне важно было не столько нарисовать детальную картину, сколько в целом убедить вас, что впереди нас ждет нечто чрезвычайно огромное и значимое – нечто такое, в сравнении с чем история человечества до настоящего момента покажется лишь прелюдией, затравкой, пробой пера. Пока мы можем очертить лишь примерные контуры будущего и больше нам почти ничего неизвестно. Саму его суть сотворят наши потомки.